Дьявол весной

Обрадованный её энтузиазмом метрдотель подал ей руку и повёл по отелю, Габриэль следовал за ними позади. Сначала они отправились в картинную галерею, где их гид с гордостью отметил прекрасные портреты семьи владельца отеля, а также пейзаж Тёрнера и картину с изображением детей и собак голландского мастера Яна Стина.

Затем они посетили французский ресторан отеля, где Пандору одновременно потряс и обрадовал тот факт, что в главном зале было разрешено принимать пищу в смешанных компаниях, вместо того, чтобы отправлять дам в небольшие отдельные комнаты. Метрдотель заверил Пандору, что в Париже давно принято, чтобы мужчины и женщины обедали вместе. В порядке крайней конфиденциальности он незаметно указал на стол, занимаемый индийским принцем и его женой, а также на стол, где известный американский финансист обедал с супругой и дочерьми.

Экскурсия продолжилась вдоль широкой галереи, которая окружала крытый сад под высокой крышей из железа и стекла. Как рассказал метрдотель, водоснабжение в отеле осуществляется из собственной артезианской скважины, в садах, продуваемых морским бризом, ежедневно подают послеобеденный чай, весь бальный зал отделан красным веронским мрамором и освещён хрустальными люстрами времён Людовика XIV… Терпение Габриэля быстро истощалось.

— Спасибо за экскурсию, — в конце концов, вмешался он, когда они приблизились к парадной лестнице с балюстрадой из кованой бронзы, привезённой из Брюсселя и украшенной сценами двенадцати подвигов Геракла. Не было сомнений, что метрдотель опишет каждый подвиг в мучительных подробностях. — Мы очень признательны. Однако, боюсь, леди Сент-Винсент и я уже отняли у вас слишком много времени. Мы сейчас же удалимся в наш номер.

— Но милорд… Я ещё не рассказал историю Геракла, победившего Лернейскую гидру, — сказал метрдотель, указывая на сцену на балюстраде. Заметив отказ в глазах Габриэля, он продолжал упорствовать, не теряя надежды, — про Геракла и коней Диомеда..?

Проигнорировав тоскливый взгляд Пандоры, обращённый к лестнице, Габриэль ещё раз поблагодарил мужчину и потянул её за собой по ступенькам.

— Но он хотел рассказать нам множество историй, — запротестовала Пандора шёпотом.

— Я знаю. — Габриэль не останавливался, пока они не дошли до их номера, где камердинер и горничная только что закончили распаковывать багаж. Хотя Ида была готова помочь Пандоре переодеться, Габриэль решил её отослать. — Я сам позабочусь о леди Сент-Винсент. Вы с Оуксом какое-то время не понадобитесь.

Заявление едва ли можно было назвать непристойным ни по сути, ни по манере высказывания, но светловолосая, круглолицая горничная густо покраснела и подскочила сделать реверанс.