Дьявол. Ставка на любовь (СИ)

Но чем выше мы поднимаемся, тем чаще становится пульс. Ладони потеют от волнения. Дыхание сбивается.

Оттягиваю ворот футболки, понимая, что до самой высокой точки ещё целая вечность, а мне уже плохо. В душе зарождается паника, которую никак не получается контролировать.

— Максим, — с трудом выдавливаю, впиваясь в парня стеклянным взглядом. — Сядь со мной рядом, пожалуйста.

Не думаю о том, что он может неправильно расценить мою просьбу. Я сейчас вообще ни о чём не думаю, кроме стремительно отдаляющейся земли и плавно качающейся на ветру кабинки.

Не знаю, куда деть глаза. Мой взгляд лихорадочно мечется от одной прозрачной стенке к другой, теряясь в высоте, вызывающей головокружение и ужас.

— Ничего не хочешь мне сказать? — привлекает к себе внимание Высоцкий, и я вздрагиваю, поворачивая к нему бледное лицо.

— Хочу, — нервно сглатываю. — Я боюсь... высоты.

— Самое время для честности, — хмурится он в ответ и, подумав пару секунд, выдаёт: — Есть один способ отвлечься. Но тебе он вряд ли понравится.

В этот момент кабинка доползает до самого верха, заставляя мои внутренности сжаться от страха.

Господи! Под нами пропасть!

Неосознанно хватаю ладонь Макса и стискиваю её ледяными пальцами, забывая как дышать.

— Какой способ?! — жалобно пищу, стараясь не смотреть по сторонам.

— Он противоречит дружеской тематике нашего свидания.

— Плевать! — паникую, зажмурившись. — Если это поможет забыть, что мы болтаемся в стеклянной банке высоко над землёй, то…

Неразборчивый лепет прерывается неожиданным прикосновением теплой руки к моей щеке, и это заставляет удивлённо распахнуть веки.

Высоцкий оказывается слишком близко. Между нашими лицами миллиметры, я чувствую горячее дыхание на своих губах. И почему-то именно сейчас обращаю внимание на необычный цвет глаз парня. Зелёно-карий. Теплый такой. Уютный. Он внушает доверие и успокаивает.

— Сейчас страшно? — тихо спрашивает Высоцкий, поглаживая пальцами кожу.

Заворожено качаю головой, отвлекаясь от реальности. А когда его губы осторожно касаются моих, даже не сопротивляюсь. Позволяю себя целовать и сразу чувствую разницу с другими нашими поцелуями.

В первые два раза это было резко, жёстко, горячо. Сейчас всё совсем по-другому — мягко, нежно. Без грубости. Без доминирования и подавления с его стороны. Словно меня целует другой человек. Внимательный, заботливый…

Этот вопрос, как и множество других, быстро вылетает из головы, потому что думать в такой момент совершенно невозможно.

Не замечаю, как втягиваюсь в процесс, желая продлить волшебство. Кладу ладони на широкую грудь и, стиснув ткань футболки, тяну парня ближе.

Всё это происходит подсознательно. На инстинктах. И не поддаётся никакому здравому смыслу.