Дьявол. Ставка на любовь (СИ)

Он это знает, но продолжает вести себя так, будто может что-то решать за меня и Лисёну. Не может. Вика уже принадлежит мне.

— Я не хочу терять дочь — это правда, — неожиданно спокойно произносит тренер. — Но я потеряю её из-за тебя, потому что ты её погубишь.

— Со мной ей ничего не угрожает, — отвечаю уверенно.

— Я тоже так думал, когда женился, — невесело усмехается он и будто становится ниже ростом. — Мировая слава, связи на всех уровнях, успешный бизнес… Я считал себя непобедимым. Бессмертным. Верил, что могу нагнуть любого, кто встанет на пути. — Замолчав, Палыч потирает грудную клетку и морщится. — Официальная версия смерти моей жены — автомобильная авария. Хотя она никогда не садилась за руль. Боялась, — звучит горькая усмешка. — Я купил эту версию ради дочери. Чтобы она никогда не узнала, как на самом деле умерла её мать…

Напряжено жду продолжения истории, готовясь к худшему. И не ошибаюсь.

— …Её убили. — Палыч вскидывает на меня тяжелый взгляд. — Но не сразу… — Он осекается и нервно трёт лицо ладонями. — Ты даже не представляешь, что с ней делали эти твари…

Повисает пауза, во время которой тренер пытается справиться с эмоциями, а я с шоком от услышанного и горечью в горле.

— …К чему я это всё рассказываю? — звучит спустя пару минут уже твердый голос. — Ты варишься в дерьме, которое рано или поздно утянет и мою дочь. Поверь, я знаю, о чем говорю. Сам это прошёл.

— У нас всё будет по-другому.

— А если нет? — вопрос бьёт прямо в цель. Больно. — Если есть хоть один процент из ста, что Вика пострадает из-за твоей деятельности, ты готов рискнуть? Готов к тому, что с ней могут сделать то же самое, что с её матерью?

Не хочу даже представлять это. Ощущение, будто меня изнутри заживо режут.

— Хватит! — бешено рявкаю, соскакивая на ноги. — Ты пережил трагедию, но не надо зеркалить её на нас! Я смогу защитить Вику. Со мной она в безопасности!

Не вижу смысла продолжать бесполезный спор, поэтому иду к двери и, когда распахиваю её, мне в спину летит голос Палыча:

— Исчезни из её жизни, Макс. Ради неё. Исчезни.

Не прошло и недели после нашего приезда в город, как Максим вдруг резко изменился — стал замкнутым, загруженным, раздраженным. Он сутками не появляется дома, а когда приходит — держит дистанцию между нами. Это вызывает недоумение и обиду.

Я в растерянности и не знаю, как найти подход к парню, ведь он будто меня избегает.

Уверена, во всём виноват противный Макар, который постоянно дёргает Высоцкого звонками. Может даже ночью позвонить, и, судя по спокойной реакции парня, это норма.

Жить в таком напряжении изо дня в день невыносимо. Но еще хуже — видеть на теле Высоцкого свежие синяки и ссадины после очередного боя. Я словно чувствую их на себе, и моё сердце каждый разразрывается от жалости и бессилия.