Герцог-дьявол

Обнимая ее, он переживал мгновения необычайного удовлетворения.

– Сегодня я не могу остаться надолго, – сказала она, пока он губами скользил по ее шее.

– Тогда пойдем в дом.

– Не думаю, что мне следует туда идти. Я не могу позволить себе уснуть. На завтрашнее утро у меня запланировано много разных дел.

«Я многим рискую». Вот на что она намекала, как будто ему требовались эти постоянные напоминания. Хотя, возможно, и были нужны, так как Лэнгфорду уже начинало казаться, что она полностью принадлежит ему.

– Ну, тогда останемся здесь, если хочешь. Сегодня очень теплая ночь.

– Да, здесь хорошо. Я чувствую аромат цветов.

Единственный приятный аромат, который чувствовал герцог, тот, что доносился от нее – такой знакомый ему теперь.

– Как ты добралась сюда?

Да, вот об этом ему прежде всего следовало позаботиться. Как недостойно с его стороны забыть о такой важной вещи. Вряд ли в столь поздний час за ней следовал Винсент или какой-то другой лакей. Его приказ подразумевал лишь охрану Аманды по дороге в дом леди Фарнсуорт и обратно.

Он представил, что по пути к нему Аманду мог остановить констебль, приняв позднюю прохожую за проститутку.

– Я отвезу тебя домой. Ты не можешь ходить одна по ночному городу. Я куплю тебе экипаж и пару лошадей и найму кучера с лакеем.

Страттон был прав. Со временем возникает необходимость во все большем количестве различных трат.

– Я бы предпочла обойтись без этого.

– Тогда я найму кеб. Не возражай. Либо ты соглашаешься на это, либо я отдаю тебе один из моих экипажей.

– Один из моих экипажей. Иногда я забываю, кто ты и где работаешь. Как удивительно, что мы здесь вдвоем, я и ты.

Она провела рукой по его лицу, всматриваясь в него в темноте:

– Я могу забыть, кто ты и откуда, но я никогда не забуду тебя. До последней минуты жизни я буду хранить воспоминания о тебе.

– О, таких воспоминаний будет намного больше. – Он поцеловал ее со всей силой страсти, которая накопилась в нем. Ее ответ показал, что время разговоров закончилось.

Легкий ветерок овевал их тела, закружившиеся в вихре страсти.

Неизмеримое счастье переживал он. И в этом состояло главное отличие между ними. Он смутно почувствовал это, когда расстегивал ее платье. Под платьем у нее был только короткий корсет, и ее груди поднимались над ним, скрытые одной лишь сорочкой. Она сама сбросила сорочку. Он приподнял ее бедра и кончиком языка коснулся груди. Аманда импульсивно сжала бедра от вожделения. Она схватилась за одну из каменных опор беседки и своими стонами и вздохами побудила его к действию.

Аманда удерживала юбки одной рукой, другой держалась за опору беседки, а Габриэль поднял девушку выше, так чтобы ноги были по обе стороны от него, он ласкал ее лобок, затем ввел пальцы внутрь.