Герцог-дьявол

К ней зашла леди Грейс, и рядом с владелицей ложи в кресле сидела еще одна особа.

– Ах здесь мисс Уэверли. Как мило! – пробормотала герцогиня и, повернувшись к Габриэлю и Брентворту, добавила: – Мисс Уэверли – секретарь леди Фарнсуорт. Совсем новенькая.

Габриэль проследовал за ней в ложу.

– Как я и сказал, эксцентричная, – прошептал он Брентворту.

– Женщина-секретарь – несколько необычно, конечно, но не вижу в этом ничего вызывающего. Полагаю, женщина может выполнять обязанности секретаря не хуже мужчины.

– Наверное, даже лучше, – вмешался Брентворт. – Я бы предпочел женщину, если бы не боялся злых языков.

– Самый что ни на есть герцог из герцогов боится злых языков? Возмутительно!

– Тебе, со своей стороны, на это наплевать, Лэнгфорд, – заметил Страттон. – Ты мог бы взять в секретари даму. Полагаю, это сделало бы политическую переписку значительно менее утомительной, если бы в кресле напротив сидела хорошенькая женщина, а не… как бы там его ни звали.

– Ты мог бы даже запомнить ее имя, – съязвил Брентворт. – Если только, конечно, у тебя не появилось особого пристрастия к женщинам, имена которых тебе неизвестны.

Габриэль уже готов бы толкнуть Брентворта плечом в отместку за острый язык, но тут его внимание привлекли люди, собравшиеся в ложе.

Или, точнее, одна дама.

Гостья леди Фарнсуорт. Мисс Уэверли поднялась, чтобы приветствовать герцогиню. Теперь она стояла лицом к Габриэлю. Как только он увидел ее лицо, сразу же узнал свою незнакомку.

Нет, не может быть, он ошибся. И все же… Он прошел внутрь ложи, откуда мог рассмотреть девушку более пристально.

На ней было строгое платье из дорогой ткани, ярко отливавшее на свету, отчего его подчеркнуто скромный покрой становился еще более явственным. Темные волосы составляли контраст с очень бледной кожей. А глаза напоминали глубокие озера, полные мерцающей воды. И алые сочные губы…

Свет в ложе был не слишком ярким, но все-таки ярче, чем ночью, в доме Гарри. Как же эта секретарша похожа на его Алису!

Он не сводил с нее глаз, пока она беседовала с герцогиней. Леди Фарнсуорт, облаченная в диковинное подчеркнуто немодное платье и закутанная, словно римский сенатор в тогу, в яркую шаль, сияла подобно матери, выводящей в свет красавицу дочь.

– Как я полагаю, столь жадный взор обращен к секретарше, а вовсе не к леди Фарнсуорт, – не преминул заметить Брентворт, проскользнувший в глубь ложи вслед за Габриэлем.

– Мне кажется, я ее знаю.

– Секретаршу? Вряд ли. Она ведь не посещает приемы и балы… – Он осекся. – О, ты имеешь в виду пастушку. – Брентворт пристальнее всмотрелся в черты девушки. – Черт, я тогда так мало разглядел. По крайней мере, что касается лица. Думаю, нам придется попросить ее обнажить грудь, дабы убедиться в сходстве.