Оплаченный диагноз

 – Я прикрутила громкость радио. Все равно оно не приятную музыку передавало, а набившие оскомину новости – сплошь про пандемию.

Где-то в глухом закоулке земного шара опять нашли новый штамм вируса. Ученые назвали его очередной греческой буквой и разделились, прогнозируя кто скорое вырождение заразы, а кто – ее скорую и неминуемую победу над разумной жизнью на Земле.

Как странно, подумала я. Весь наш, человеческий, мир с наступлением пандемии как будто ужался. Большие надежды и долгие планы в нем перестали умещаться. Мир сделался маленьким, тоскливым и серым. Радости и веселья в нем почти не осталось, доминирующими эмоциями сделались беспокойство и откровенный страх.

Мы перестали ездить в дальние страны, ходить на концерты любимых групп, еще недавно собиравших стадионы, «живьем» встречаться по поводу и без – общаемся все больше по телефону и онлайн. В кино, в кафешки и ресторанчики, даже в торговые центры лишний раз не суемся – там всюду проверяют QR-коды, а это неприятно. В общем, скучно живем и тревожно мы, люди.

Зато у вируса такая богатая и интересная жизнь! Он широко и свободно распространяется по всему миру, покоряет страны и народы. Бурно размножается, скрещивается, дает потомство – порождает все новые штаммы… Поневоле задумаешься – кто тут венец эволюции и царь природы.

– И чего я вирусом не родилась? – пробормотала я вслух.

– Может, в следующей жизни станешь, – сонным голосом отозвалась Натка. – Хотя не такая уж ты и зараза…

Я снова захихикала и какое-то время ехала, трясясь от сдавленного смеха. Потом Натка протянула руку над моим плечом:

– Дай мне свой мобильный, я Косте позвоню. Не могу уснуть, все еще переживаю, надо выплеснуть впечатления.

– Ну да, у Таганцева же собственных впечатлений мало, что там у него – всего лишь охота на маньяка, серые будни, рутина, скукота. – Я передала сестрице телефон и стала прислушиваться к их с Костей разговору.

Натка на эмоции не поскупилась – уж выплеснула так выплеснула. Из ее пламенной речи можно было сделать вывод, что виноват во всем, конечно же, Таганцев. Это он внезапно оставил любимую женщину в мире, полном опасностей, и умчался неизвестно куда в поисках общества какого-то поганого маньяка. Это он заказал и оплатил те суши, которыми она отравилась. И, кстати, он же настоял на том, чтобы вкусняшки, не съеденные в ресторане, были упакованы и унесены Наткой домой!

Слов Таганцева я не слышала, его голос доносился до меня в виде ровного басовитого гудения. Судя по тону, Костя Натку успокаивал. Повезло сестре, хороший у нее жених – заботливый и чуткий.

И маньяку, наверное, тоже: охота на него приостановилась на добрых сорок минут, пока капитан Таганцев работал психотерапевтом для любимой.