Дядя самых честных правил 4

От мала до велика, понял?

Возражать крепостные не посмели, видимо, знали, чем это могло кончиться. Дружно поклонились и хором пробубнили:

— Спасибо за науку, барин.

— Всё, кыш с глаз моих.

Троекуров махнул рукой, отпуская крестьян, и заметил дрожки с Добрятниковым.

— Ба! Какие люди! Неужели Пётр Петрович?

— Кирилл Петрович, — Добрятников слез на землю и подошёл к Троекурову здороваться. — Как только позволили дела, так сразу к вам. Сами знаете, семь дочерей — не фунт изюма, требуют постоянного присмотра.

Они троекратно расцеловались, и хозяин усадьбы усмехнулся:

— Да уж, да уж. Кто чины выслуживает, кто богатство, а вы, Пётр Петрович, дочерей заделали. Не могу осуждать — супруга у вас редкая прелестница, да-с.

Пока они там здоровались, мы с Кижом тоже выбрались из дрожек и встали чуть в стороне. Так, чтобы и слышно всё было, и наше присутствие не вызывало заметное искажение эфира. Кто его знает, вдруг Талант хозяина усадьбы нас почует?

— Пётр Петрович, — вдруг оживился Троекуров, будто вспомнил что-то, — вы же как раз вовремя приехали! Я просто обязан показать вам моё новое приобретение. Даже не смейте отказываться — пока не посмотрите, обед не велю подавать.

Он схватил Добрятникова под локоть и поволок за собой на задний двор усадьбы. Мы с Кижом последовали за ними, по пути разглядывая обстановку. Однако, на широкую ногу живёт отставной генерал-аншеф: огромная конюшня для механических лошадей, флигели, каретные сараи и большая псарня, куда и направился Троекуров с Добрятниковым.

— Эй, Филька! Приведи Угадая с Откатаем.

Крепостной псарь бегом кинулся выполнять поручение и через пару минут вывел на сворке двух поджарых собак.

— Вот, извольте видеть, Пётр Петрович, моё последнее приобретение. Эльфийские борзые! Доставлены по моему заказу аж с самого Авалона. Двадцать тысяч серебром отдал, ни единого рубля не пожалел. А, каковы?! Вы посмотрите, посмотрите, дорогой мой. Какой щипец, какой вощок! Пазанки одни чего стоят. Не смрадничают ни разу, сходу зверя дерут. А стать, стать какая! Ни в какое сравнение не идут с нашими дворнягами. Сразу видно — настоящая порода, не хухры-мухры. Авалонцы мастера на такую породу, а наших шавок и за собак бы не посчитали.

Добрятников кивал, соглашаясь с Троекуровым, распевшимся соловьём. А тот хвастался напропалую, демонстрируя псов со всех сторон. И аж щурился от удовольствия, когда собеседник признавал достоинства и дороговизну собак.

— Таких борзых даже у императрицы нет! И ведь не пожалел денег, заказал, только бы по-настоящему охотиться, на авалонский манер. Вы таких собак даже во сне купить не сможете, Пётр Петрович, признайте. Завидуете? Завидуйте, мне не жалко. Такие собаки любой зависти стоят.