Дядя самых честных правил 5

Хозяин квартиры, Илья Ильич, оказался довольно молодым человеком не старше тридцати лет. Тучным от постоянного лежания, но недурной внешности. Лёжа на огромном диване и кутаясь в тёплый халат, он напоминал неуклюжего морского котика на берегу океана.

— Ах, судари, какая приятная неожиданность! — Илья Ильич крайне обрадовался, когда Гордецов заявил, что пригласил нас к нему жить. — Мне будет радостно, если вы поселитесь в моём скромном жилище. В этом приюте скорби бывает так скучно, что хоть не просыпайся весь день. Выбирайте любые комнаты, судари. Я уже и забыл, когда бывал в них. Мне, знаете ли, и на моём диване неплохо. Кстати, вы завтракали? Нет? Отлично! Захар! Заха-а-ар! Срочно неси телятину!

Пока мы устраивались в своих апартаментах, слуга Захар накрыл нам стол в той же комнате, где возлежал хозяин квартиры.

— Илья, — Гордецов подошёл к дивану и укоризненно покачал головой, — ты и есть лёжа собираешься?

— Ну, право, Андрей, не вставать же из-за такой малости.

— Нет уж, изволь подняться и составить нам компанию за столом. Давай, давай, поднимайся, лежебока.

Ворча, издавая протяжные стоны и жалуясь на бесчувственность друга, Илья Ильич всё ж прошествовал к столу. Не прошло и минуты, как он оживился и показал себя весьма неглупым и начитанным собеседником.

— Зря ты отказываешься поступить на службу, — попенял ему Гордецов, — с твоим умом мог бы сделать недурственную карьеру.

— Ах, оставь, Андрей! Всё знаю, всё понимаю — но силы и воли нет. Проснусь утром, в голове столько мыслей, столько идей, столько планов. Но встать нет никакой возможности. Уж и Захар приходит да пытается меня поднять, ан нет, не выходит. Лежу, размышляю, вижу всю Россию насквозь, знаю, как исправить несправедливости, но даже пообедать — труд нелёгкий.

Я усмехнулся на последнюю его фразу. Насквозь, значит? Ох уж эти эксперты во всех областях знаний, им только дай рассказать с дивана, как правильно. Но Илья Ильич заметил мой смешок и посмотрел на меня пристальным взглядом.

— Вы, Константин Платонович, зря мне не верите. Ваша работа с пушками Шувалова была выше всяческих похвал. Очень жаль, что ваши заслуги не оценили по достоинству.

Илья Ильич несколько раз моргнул, будто сам не понял, что сказал, и переключился на Гордецова. А я напрягся и просканировал его магическим взглядом. Да нет, обычный человек без Таланта, ничего особого в нём нет. Я повернул голову, всмотрелся в диван и закашлялся. Откуда там такая сложная связка Знаков и что она делает?!

Торопиться я не стал. Спокойно сидел за столом, поддерживал беседу и даже не смотрел на магический диван. Успеется ещё — обследование таких артефактов надо проводить вдумчиво, не спеша, без отвлекающих разговоров и посторонних людей.