Девушка с синими гортензиями

Причем тогда же выяснилось, что на самом деле похороненные с покойной украшения стоили куда меньше. Но в 1916 году воры снова попытались ограбить несчастную, и все повторилось, с той только разницей, что теперь вообще красть было нечего. По-моему, – добавил Видаль со злостью, – эта неприглядная история прекрасно иллюстрирует, чего стоят люди со своей жалостью, да и всеми остальными чувствами.

– Ах, Пьер, Пьер… – вздохнула мадемуазель Алис. – Не стоит определять облик всего человеческого рода по худшим его представителям. – Секретарша повернулась к Гренье. – У вас прекрасное вино. У кого вы его заказываете?

Старик расцвел и рассказал, кто поставляет ему вина, а кто – мясо и яйца. Мадемуазель Алис улыбалась и поддакивала."

"– По всему чувствуется рука заботливых хозяев, – объявила она, осматриваясь. – Скажите, вы давно владеете этим кафе?

– Лет сорок, если не больше, – ответил Гренье с простодушной гордостью. – Хотя раньше было проще со всем управляться. Сами знаете, какие сейчас времена: профсоюзы, забастовки, работать никто не хочет, все хотят только деньги получать… – Хозяин заведения уныло покачал головой. – И что из всего этого выйдет?

Однако мадемуазель Алис выразила надежду, что хоть что-нибудь, да выйдет непременно, и завела со стариком разговор об остальных его детях. Она была так мила и так неподдельно внимательна, что Гренье и сам не заметил, как выболтал ей все про дрязги в семье старшей дочери и про нелады с женой у другого сына, Антуана. Больше всего старик был привязан к внуку Клоду, который, как и он, родился влюбленным в море и обожал пускать по воде кораблики. Пока еще мальчик совсем маленький, но вырастет – и там будет видно, что из него получится.

Наконец мадемуазель Алис закрыла блокнот, в котором уже давно не делала никаких заметок, и поднялась. Следом за ней встал и мсье Видаль, явно скучавший на протяжении этой части беседы.

– Кажется, мы должны вам за вино… – обронила старая дама.

Гренье немедленно замахал руками и плату взять не пожелал. По его словам, ему было приятно лишний раз поговорить о своем сыне.

– Хорошо, – кивнула мадемуазель Алис. – На всякий случай, если вдруг вы вспомните что-нибудь еще, о чем мы вас не спросили или что просто покажется вам важным, вы всегда можете позвонить вот по этому телефону… – Секретарша положила на столик визитную карточку с адресом и номером. – Спасибо за то, что согласились уделить нам время, мсье.

Она улыбнулась Гренье, поправила шляпку, поудобнее перехватила сумочку и вышла вслед за журналистом, который придержал перед ней дверь.

Сидевший за соседним столом бывший русский помещик – тот самый, который мечтал о фуа-гра, – внимательно посмотрел ей вслед.