Девушка с кулоном на шее

На Пименова он пытался дважды напасть, но случай спас твоего друга Вадима. Шарову повезло меньше. Он в больнице с ножевыми ранениями. Вот этим самым кинжалом киллер его чуть на тот свет не отправил. Ну, ничего, теперь до суда вы доживете, а может, и вообще в живых останетесь, если мы постараемся найти этого типа. Я хочу у тебя спросить, Луговой: кто это такой, кто вас пытается убить?

– Я не знаю, не видел его никогда. Темно было, да вы еще стрелять начали. Нет, думаю, что не видел его, не знаю даже, чем мы ему насолили.

– Чем насолили, это и так понятно! За изнасилованную вами девушку он мстит. И его надо остановить, пока он вам всем кишки не выпустил. Думай, вспоминай! Откуда он, как смог вас найти, если во время преступления не присутствовал и вас не видел. Почему он за нее мстит? Кто она ему?

– Не знаю, – снова замотал головой Никита. – На того заморыша, который был в тот вечер с девушкой, он не похож, в плечах в два раза шире и на голову выше. В клубе мы такого тоже около нее не видели. Ни в тот вечер, ни в другие. Понятия не имею, кто он такой и почему этим именно кинжалом.

– Подонок! – раздался рядом мелодичный женский голос. – Какой же ты, оказывается, подонок!

Мимо сыщика в сторону палаток прошла та самая девушка в красивом свитере.

– Ладно, – устало пробормотал Крячко и громко позвал: – Савичев! В машину его и охранять. Потом поговорим. В Москве.

«Скорая помощь» приехала минут через десять. Сняв с раненого пиджак и рубашку, врач уложила его на кушетку в салоне машины и стала осматривать рану, обрабатывая края обеззараживающими растворами. Стас кряхтел, но в голос не стонал, хотя его мяли и ворочали. Наконец врач с удовлетворением произнесла:

– Ничего особенно страшного. Повезло вам, товарищ полковник. Резаная рана довольно глубокая. И два ребра у вас сломаны. Сильный был удар, надо сказать. Крови вы много потеряли, вот в чем самая большая проблема. Ну, ничего, сейчас под капельницу и в больницу. Заштопаем вас, дольем, прокапаем хорошенько, и все будет хорошо. Поехали!

Крячко лежал в машине, туго перебинтованный, обколотый различными препаратами, от которых у него горело лицо и очень хотелось пить. Но голова его была занята другим. «И что я скажу Гурову? Тот докладывать будет Орлову? Мы знали, мы были уверены, что «мститель» найдет Лугового, как его нашли и мы, но почему-то, имея в запасе достаточное количество времени, не смогли обеспечить охрану важного свидетеля и устроить западню преступнику. В результате киллер благополучно ушел. Луговой его знать не знает, сам я лежу в машине, распоротый раритетным кинжалом, которым мне чуть грудную клетку не проломили. И что мы имеем в итоге? То же, что и раньше. Ничего толкового! Ах, да, чуть не забыл.