Девушка с характером. Ты (не) моя

Не думала, что бывает настолько сильное чувство.

– Всё в этой жизни бывает. Это любовь, мать. Просто ты её до своего босса не встречала, а сейчас поняла.

– Он предложил мне отношения.

– Отлично. Сказала своему несостоявшемуся мужу?

– Не успела. Ты оказалась первая в списке для моих откровений.

– Ок. Тогда завязывай со своим придурком и растворяйся в удовольствиях и эмоциях. Только руби нормально, а не разводи жалостливые сопли. Я ведь тебя знаю! Ок?

– Надо постараться. Ох, как только признаться… У него Мама болеет... Он без работы...

– Ну, мама у него может болеть ещё очень долго, ты это сама знаешь. И что теперь? Ты готова отказаться от отношений с боссом из-за этого?

Молчу. Я ведь недавно сама про это думала.

– Сомневаешься, вижу. Зря. Хватит! Хоть раз в омут с головой. Как, способна на такое ради собственного счастья?

Глава 17. Трусиха

Глава 17. Трусиха

Впервые я планирую принять решение в свою пользу, во благо себе.

Но все равно ещё точит, что с Даней я расстаюсь в тяжёлый для их семьи момент.

Убеждаю себя, что пока мы не женаты, я имею право на отступление и меня не должна мучить совесть.

Денис Константинович очень сдержан эти дни со мной, и я понимаю, почему: он чётко обозначил свою позицию, что свою женщину он делить ни с кем не будет.

И я бы не делила своего мужчину ни с кем!

Меня радует, что он предпочитает честные отношения.

– Здравствуйте, Елена Игоревна, – беру волю в кулак и отправляюсь к Дане.

– Здравствуй, милая! – добродушно кивает мне эта милая женщина.

– А Даня где?

– За лекарствами убежал. Опять плохо было, вот пришлось ему возле меня сидеть пол ночи, – вздыхает. – Я же чувствую, как ему это всё не нравится, но что же делать… Раздражается, нервничает. Тяжело ему одному меня тянуть, – начинает плакать.

– Ой, только не плачьте, я вас умоляю! Мне ваши слёзы как ножом по сердцу! – и это чистая правда.

Со всей искренней симпатией мы отнеслись друг к другу с самой первой встречи, когда Даня познакомил нас.

Быстро нашли общий язык и вполне неплохо общались. Мы могли с ней чаёвничать часто, болтать о прошлом и о будущем.

Иногда мне казалось, что я к его маме отношусь практически как к своей. И это тоже было из души, и не было там ни капли фальша.

– Не буду, не буду. Присаживайся. Посиди со мной ну хоть чуточку. Ты так давно не была у нас. У вас что-то случилось? – тревожится, тяжело приподнимаясь на кровати.

– Нет, нет, всё хорошо, не переживайте. Просто у нас новое руководство, работы много, – ох, зачем я вспоминаю опять Дениса Константиновича, – и нет возможности вырваться пораньше. Вы простите меня за редкие встречи теперь.

– Ну что ты, деточка. Не надо извиняться. Я всё понимаю, – она гладит меня по лицу ладошкой, а у меня катятся слёзы от её доброты и нежности, которую она вкладывает в эти прикосновения.