Девушка, которая застряла в паутине

– Тебе известно, что ты безнадежен?

– Мне доводилось это слышать.

– Значит, Фасте будет нашим маленьким агентом СЭПО?

– Отнюдь, но я считаю, что всем рабочим группам полезно иметь кого-то, кто мыслит по-другому.

– Значит, когда мы, остальные, избавились от всех предрассудков и предвзятых мнений, нам навязывают человека, который потянет нас обратно?

– Не говори глупостей.

– Ханс Фасте – идиот.

– Нет, Ян, он вовсе не идиот, а скорее…

– Консерватор. Человек, который не позволяет себе поддаваться последним феминистским веяниям.

– И даже первым веяниям… Он, возможно, только сейчас признал за женщинами право голоса.

– Возьми себя в руки, Ян. Ханс Фасте является в высшей степени надежным и лояльным следователем, и я больше не хочу это обсуждать. У тебя есть еще какие-нибудь требования?

«Чтобы ты куда-нибудь провалился», – подумал Бублански.

– Я хочу сходить к врачу, и чтобы пока расследованием руководила Соня Мудиг, – сказал он.

– Разве это разумно?

– Чертовски разумно, – прошипел он.

– Ладно, ладно, я прослежу за тем, чтобы Эрик Цеттерлунд передал ей дела, – ответил Рикард Экстрём, скорчив гримасу.

Прокурор был совсем не уверен, что сам согласился бы взяться за это расследование.

Алона Касалес редко работала по ночам. В течение нескольких лет ей удавалось уклоняться от этого, не без оснований ссылаясь на ревматизм, который периодически вынуждал ее принимать сильнодействующие таблетки «Кортизона». От них ее лицо приобретало лунообразную форму, давление подскакивало вверх, и ей требовались нормальный сон и правильный жизненный распорядок. Тем не менее сейчас она находилась на рабочем месте. Было десять минут четвертого ночи. Алона под небольшим дождем проехала на машине от дома, из городка Лорел в Мэриленде, по шоссе 175-Ист и миновала указатель «АНБ, следующий поворот направо, только для сотрудников».

После заграждений и электрифицированного ограждения она направилась в сторону черного, напоминающего куб главного здания Форт-Мида и припарковалась на большой беспорядочной стоянке справа от голубого, похожего на мяч для гольфа обтекателя, кишащего параболическими антеннами, и, пройдя через турникеты, поднялась на свое рабочее место на двенадцатом этаже. Особой активности там не наблюдалось, однако общая атмосфера была накалена. Алона довольно быстро сообразила, что ощущение повышенной серьезности распространяется по всему помещению от Эда-Кастета и его молодых хакеров, и, несмотря на близкое знакомство с Эдом, подходить к нему здороваться она не стала.