Девушка не нашего круга

– Работали мы по этому делу. Я сразу сказал, что это не наши. Гастролерши. Залетные. Мы жилой сектор свой тщательно прошерстили. Наши бабоньки до столь высокого полета не поднимаются. Сковородником по пьянке съездить сожителя – вот это наш уровень.

– Могли деффки эти где-то здесь, у вас в Каравайном, похищенные транспортные средства разбирать? Или номера перебивать?

– В каждый двор, ты ж понимаешь, доступа мы не имеем, во все подряд гаражи не заглядываем. Но агентуру свою на это дело нацеливали. И механиков-умельцев, что тут у нас все на свете починяют, от «козла» до «мерса», проверяли. Ничего не обнаружили… Значит, в итоге эти красотки еще где-то засветились? И край забирает у нас дело? До́бре. Спорить не буду. Баба, как говорится, с возу. Чем еще могу?

Я попросил доступ к служебному компьютеру. Он лично проводил меня в комнату оперов. Там одинокий опер, одетый по гражданке, барабанил по расхлябанной клавиатуре. При виде начальства он вскочил по стойке «смирно», из чего я заключил, что с дисциплиной в отделении все в порядке (или начальник самодур).

Майор лично включил мне пустующий компьютер, сослался на дела и вышел. Сотрудник уселся и продолжил барабанить. Я вошел в систему со своего логина-пароля и написал два запроса. Первый – в наше краевое управление безопасности дорожного движения, с просьбой предоставить мне информацию с трех видеокамер, расположенных на таких-то километрах шоссе Кубанск – поселок Каравайное. (Камеры я заприметил утром, пока рулил в Каравайное.) Данные с «походом», за трое суток, следующие после момента совершения преступления.

Второй запрос я адресовал в краевое УСТМ [14]. Обоснование я беззастенчиво передрал со своей прошлой цидули на ту же тему: «…следствие полагает, что необходимо получить информацию с технических каналов связи об абонентах, с указанием анкетных данных, абонентских номеров, за период времени такой-то, такого-то числа, указанием номеров абонентов, осуществлявших звонки, за требуемый период у операторов сотовой связи (я перечислил всех четырех) по таким-то адресам…» Я указал два адреса: кафе «Дельфин», где потерпевший познакомился с подозреваемыми, и того места на черноморском берегу, где гражданина Порфеева ограбили.

Если бы преступники (и преступницы) ведали, сколько злодейств помогает раскрыть дотошный биллинг телефонных номеров, они вряд ли вообще когда-нибудь прикоснулись к мобильным аппаратам!

* * *На следующее утро ветер стих. В поселке Гамма – расположенном, кстати говоря, примерно в сорока километрах от Каравайного (это если считать прямиком, по берегу, а по шоссе выходило все семьдесят), – снова установилась прекрасная погода. Немногочисленные курортники выползли на пляж.