Девушка не нашего круга

Сколько он вам заплатил, подтверди?

– Аванс дал, два фуфыря и две тысячи, а потом, под расчет, еще шесть штук.

Фамилия Свиргуна, вдруг возникшая в показаниях, прозвучала для старлея неожиданно, но его не удивила. Он, как и большинство жителей города, знал этого мужика – хмыря и жлоба, которому после убийства в две тысячи третьем году достался дом семейства Подгребцовых. Тогда Степа Вахрушев был совсем мальчишкой, но слышал разговоры, что не все с наследованием чисто и, возможно, именно Свиргун заказал то давнее двойное убийство. Впрочем, ничего тогда доказано не было, и сводный брательник Подгребцова продолжал наслаждаться жизнью в краснокирпичном особняке, возвышающемся над соседними хатками. По большому счету, никто ни тогда, ни позже особо не возражал – тем более что деловому сопернику убитого, Егору Голышину, удалось отжать себе подгребцовские фирмы. Однако Свиргуна как мелкого пакостника все равно никто в городе не любил.

Вахрушев распечатал на принтере явку с повинной гражданина Зиборова – отразил все те факты, в переводе на человеческий язык, что преступник косноязычно излагал. Правда, время поставил завтрашнее (в темное время суток допрашивать запрещено). Дал подозреваемому показания подписать.

– Я могу идти, гражданин начальник?

– Идти? Да. Я сейчас отведу тебя назад в камеру.

– В камеру?! Ты же обещал, начальник, что домой отпустишь! Я есть хочу!

– Есть? У меня тут соломка с маком завалялась. Не маковая соломка, наркотический препарат, а кондитерское изделие. На вот, жри, пока я добрый.

Он подумал, что напрасно, наверное, приводил злодея наверх – смердело от того отчаянно. И соломки своей было жалко – как и подозреваемый, Вахрушев не ужинал.

– Отпусти, начальник!

– Это ради твоего же блага! Залесный и Свиргун пока не арестованы. А если они про твои показания прознают? И решат тебя замочить?

– Как прознают? О чем прознают? – стал канючить тот. – Ты им, что ли, расскажешь?

– Город у нас маленький. Как я тебя забирал, многие соседи видели. Вечером я тебя забрал, а ночью того же дня взял и выпустил. Почему так быстро? Пипл задастся вопросом. Явно, подумает, это потому, что ты встал на путь исправления и начал деятельно сотрудничать со следствием. И ты думаешь, дружок твой Залесный и, особенно, Свиргун не сложат два и два?

Зиборов кое-что смекнул, потому что перестал ныть, и капитан отвел его назад и запер в камере."

"На сегодня хватит, а назавтра, прямо с ранья, он мечтал повторить операцию «явка с повинной» – только в отношении второго подельника, гражданина Залесного. Хотя на особый успех не рассчитывал: практика показывала, что если один из соучастников ломается быстро (как Зиборов), то второй обычно оказывается кремень – должна же в криминальном тандеме быть хоть одна точка силы.