Девушка из песни

 – Я покачал головой, снова прячась за стены, которые выстроил в дни одиночества. – Нет, забудь. Он не должен этого делать. Не так все происходит.

– Миллер, – умоляюще произнесла она. – Тебе это нужно. Ты нуждаешься в помощи.

– Только не в такой.

– Миллер…

– Я собираюсь убраться отсюда к чертовой матери. Как-нибудь справлюсь. Обходился же как-то последние семь лет без его гребаной помощи.

– И я должна с этим спокойно согласиться? – Вайолет повысила голос, и на ее глазах заблестели слезы. – Миллер, ты болен. А твой отец пытается поступить так, как подобает родителю. Помочь тебе.

Я прикрыл глаза, желая, чтобы ее слова не просачивались сквозь трещины в моей броне. Но я так устал бороться. Устал постоянно чувствовать боль.

«Уже тошнит от этого».

Вайолет снова взяла меня за руку, ее тон звучал мягче, успокаивающе. Тон, которым она будет разговаривать со своими пациентами через десять лет.

– Ты имеешь право злиться и обижаться, но это гложет тебя изнутри. Перестань прятаться от него. Мы пытались отгораживаться в попытках избежать новых страданий, но никому от этого не стало легче. – Она поднесла тыльную сторону моей ладони к своим губам. – Поговори с ним. Не ради него, ради себя. Успокой свою душу.

Я посмотрел в потолок, потом на красивое лицо Вайолет. Боль в ее глазах была такой же, как и семь лет назад. И каждый раз, когда я отталкивал ее, я потом ненавидел себя за это.

«Но боже, как я мог смотреть маме в глаза?»

Я покачал головой.

– Не смогу. Даже если бы захотел… – я прочистил горло. – Я не могу так поступить с мамой. Это было бы предательством.

– Я уже в курсе, – произнесла мама, входя в палату. – Вы насчет Рэя? Прости, не хотела подслушивать. Он мне тоже звонил. – Она ласково улыбнулась Вайолет. – Ты не оставишь нас на минутку, милая?

– Конечно. – Она в последний раз сжала мою руку и вышла.

– Ты с ним разговаривала? – спросил я у мамы. – Когда?

– На прошлой неделе. Он расспрашивал о тебе. Беспокоился.

– И ты смогла спокойно с ним разговаривать после стольких лет? После всего, что он натворил?

– Не сразу. Но когда ты вышвырнул Чета из нашего дома, я словно вышла из транса. Я позволяла этому человеку издеваться над тобой, и это непростительно. Но ты простил меня.

Я с трудом сглотнула.

– Это не одно и то же.

– Меня не было рядом, когда ты во мне нуждался, – сказала мама. – Чет ушел, и у меня появился второй шанс. Я поклялась, что больше не позволю мужчинам диктовать, как мне жить. Когда твой отец позвонил на прошлой неделе, я боялась брать трубку. Но, боже, я устала бояться. И я ответила. И так рада, что сделала это. Мы никогда не станем друзьями, но мне больше не придется жить с мыслями о нем. Я его отпустила.

– Так вот почему он сейчас здесь?"

"– Он здесь ради тебя. Никакой другой причины нет.