Девушка из песни

Вайолет припарковала машину перед кафе. Она повернулась ко мне и нежно поцеловала.

– Ни пуха ни пера. Позвони мне, как только все закончится.

– Хорошо. – Я погладил ее по щеке и снова поцеловал. Я попытался впитать в себя немного ее неиссякаемого оптимизма, пускай сладость ее губ прогонит горечь сомнений. Но внутри все скручивалось, а мысли наполнились неуверенностью и страхом.

– Я позвоню тебе завтра вечером. И повеселись на выпускном. Уверен, ты будешь очень красивой.

– Буду мечтать, что ты со мной. – Она поцеловала меня в последний раз, и я вылез из машины, забрав свои вещи.

Я уже входил в кафе, когда позади меня раздался визг шин. Вайолет задом сдавала с парковки, но затем резко затормозила. Распахнула дверь и бросилась ко мне, задыхаясь, с горящими глазами. Бледная фарфоровая кожа на щеках раскраснелась, а алые губы приоткрылись.

– Я люблю тебя, – выпалила она.

Ее слава так сильно поразили меня, что перехватило дыхание.

– Я уже начала отъезжать, но поняла, что не смогу. Не смогу отпустить тебя в Лос-Анджелес, пока ты не узнаешь, что я люблю тебя. И всегда любила. С тех пор, как нам исполнилось тринадцать, я была глупа и напугана. Боялась того, как сильно я тебя люблю. Насколько глубоки мои чувства. – Она покачала головой, ее темно-синие глаза блестели от слез. – Потому что они очень глубокие, Миллер. И дна их не видно.

Я уставился на нее, пока ее слова теплым дождем омывали мое сердце. Каждое слово растопило тревогу, ослабило страх, наполняя меня теплом.

Вайолет изучала мое потрясенный вид.

– Тебе не обязательно отвечать…

Я закрыл ей рот поцелуем, обхватив ладонями ее лицо, вкладывая в этот поцелуй все свои чувства – четыре года невысказанной любви и ожидание целой жизни впереди, вместе.

– Я люблю тебя, – прошептал я ей в губы. – Как же сильно я тебя люблю. Господи, Вайолет. Дела были хуже некуда, но однажды ночью я, спотыкаясь, вышел из темного леса, потерянный, а ты оказалась рядом.

Ее глаза сверкали от слез, но широкая улыбка озаряла ее лицо.

– Ну что ж, – выдохнула она, сдерживая слезы. – Рада, что мы это выяснили. И, для сведения, это лучший… подарок… на день рождения…

Она снова поцеловала меня, сжимая мои ладони, а затем отступила и направилась к своей машине. Она помахала рукой из окна и уехала.

Я опустился за столик возле кафе, пораженный тем, как один день может одновременно обернуться самым лучшим и самым худшим. Через несколько минут на стоянку въехал черный «Эскалейд» и остановился рядом с магазином. Пассажирское окно опустилось, и Эвелин посмотрела на меня из-под своих солнцезащитных очков.

– Эй, малыш, тебя подвезти?

Я ухмыльнулся и открыл заднюю дверь, чтобы сложить свои вещи, затем забрался на переднее.

Эвелин сняла очки.

– Черт возьми, что с тобой случилось?

Я напрягся.