Девушка и злодей

О ужас! Он употребил слова «сексуальный» и «Элизабет Фарли» в одном предложении! Как это могло произойти?

Что ж, по крайней мере, теперь он знает причину ее слез: похоже, не он один не испытывает восторга по поводу этой внезапной помолвки."

"— Эта праздничная обстановка напоминает мне вечеринку в честь дня рождения Арианы в Париже. Сколько тебе тогда исполнилось, Ариана? Тридцать? — с невинным видом поинтересовался Тео, наступая на ее самую больную мозоль. — Тебе тоже стоило приехать, Андреас, было весело. Ах да, ты ведь тогда еще только сдавал экзамены в университет… — Ариана яростно сверкнула глазами в его сторону, но Тео сделал вид, что не замечает этого, и невозмутимо продолжил: — Да, кажется, тридцать. Я ведь тогда был совсем мальчишкой, и меня тянуло к женщинам постарше.

— Возраст не имеет значения, когда ты влюблен, — вмешался Андреас. — А ты, Тео, по-моему, вообще не был ребенком, я не могу представить тебя иначе, чем с телефоном в одной руке и подписанным многомиллионным контрактом в другой.

Тео принял из рук брата бокал и сделал большой глоток ледяной жидкости, стараясь вернуть себе самообладание. Если потребуется, он запрет Андреаса под замок, лишь бы не допустить этой свадьбы, но все же надеялся найти какое-то более цивилизованное решение. О том, что он может потерпеть неудачу, Тео даже не помышлял. Он всегда добивался поставленной цели, ни на секунду не сомневаясь в собственных силах. Именно благодаря этому качеству он стал главой одной из самых влиятельных международных корпораций и идеалом для каждого, кто мечтает заработать свой первый миллион до тридцати лет.

— Итак, что мы празднуем? — Взгляд черных глаз еще раз упал на громадный бриллиант на пальце Арианы. — Или это глупый вопрос?

Тео сжал зубы, чтобы сдержать рвущийся из его груди вопль: «Ты что, совсем сдурел?», и вместо этого произнес:

— Поздравляю вас обоих!

Губы Арианы изогнулись в тонкой змеиной улыбке.

— Спасибо, Тео. Мы очень хотели, чтобы именно ты первым узнал эту радостную новость.

На самом деле первым оказался не он, а девушка, которая сейчас глотает слезы в приемной и, вероятно, распечатывает новое заявление об уходе по собственному желанию.

— Я тронут, — растянул он губы в вежливой улыбке, размышляя о том, как объяснить непутевому братцу, что его семейная жизнь будет куда более счастливой и неизмеримо более безопасной, если он женится на барракуде.

Мысль о том, чтобы физически вбить эту информацию в его пустую голову, показалась Тео чертовски соблазнительной, но он знал, что именно этой реакции ждет от него Ариана, чтобы потом рассказать прессе об обуревающей его ревности. Нет уж, такого подарка он ей преподносить не собирается.