Девушка для дракона

Пробегав почти весь день по делам, Ирридия так и не успела толком ни пообедать, ни поужинать, а потому возможность заказать несколько блюд у поварихи показалась очень хорошей идеей.

Спустя пару-тройку минут смуглолицая брюнетка уже сидела в ярко освещенной кухне и, не размыкая губ, улыбалась пухлой кухарке, которая пообещала ей поздний ужин за отдельную плату, если та немного подождет. По соседству с еще не закипевшими щами булькала капустная солянка, а в больших кастрюлях на длинном столе дожидались своей очереди заготовки для других блюд. Урезать меню женщина не желала, а потому решила приготовить всего и побольше на случай, если в гостинице за время ее отсутствия появятся новые постояльцы. Благосклонно внимая комплиментам брюнетки, кухарка машинально крошила внушительным тесаком морковку в котел и безбожно зевала, так как обычно в это время она уже сладко спала. Эмпира льстиво нахваливала опробованные ранее блюда и нетерпеливо постукивала носком сапога, с вожделением глядя на пахнущую мясом солянку. Раздразненная видом вкусной еды, она шутливо проговорила:

– О, Берта! Я сейчас готова съесть слона, ну… или вас, если придется еще долго сидеть в окружении такой вкуснятины, – затем вспомнила о том, что играет роль иностранной леди, а не хищной эмпиры, и, потупив глазки, добавила: – Хотя капусты с кусочками свинины в остром соусе мне хочется куда больше.

Кухарка на секунду отвлеклась от своего занятия, чтобы взглянуть на ночную гостью и сказать ей ободряющее «сейчас-сейчас», а когда снова повернулась к чану, громко взвизгнула: «Мамочки!», отскочила в сторону и, уронив нож на каменный пол, пролепетала: «Свят-свят… Сгинь, демон проклятый!»

Ирридия поморщилась от ее противного голоса и, поднявшись с места, поспешила к перепуганной женщине, чтобы посмотреть на эту «нечисть из щей». Из закрутившейся воронкой воды медленно, словно солнце над горизонтом, поднималась внушительная мужская фигура. Впрочем, внушительной она была только по размерам. Свисающая с макушки до самых бровей капуста выглядела крайне нелепо. Кружки моркови, словно звездочки на погонах, лежали на промокших насквозь плечах некогда белого пальто. Зелень на ушах и трепетно прижимаемая к груди баранья нога довершали комическую картину. Взгляд ярко-синих глаз нового «супового ингредиента» скользнул по помещению и остановился на трясущейся от сдерживаемого хохота брюнетке.

– Опять ты, красавчик? – сквозь смех проговорила эмпира и ненавязчиво так оттеснила в сторону бледную Берту, которая порывалась поднять с пола свой немаленький ножичек, чтобы запустить им в «демона».

– Я! – выдохнул мужчина и, скептически осмотрев себя и место своего нынешнего приводнения, сбил щелчком пальца пресловутую морковку с плеча.