Девственность на продажу

Он слегка приподнялся и ему, с горем пополам, удалось сесть. Сам кричать он не мог, его тошнило и все двоилось в глазах. Он попытался встать и в этот момент его вырвало. В отчаянье он пополз в сторону двери, одновременно, снова пытаясь встать. Вид собственной крови приводил его в ужас, он ощущал приближение смерти и отчаянно хотел жить.

– Пожалуйста, позови на помощь, спаси меня! – взмолился Александр, слыша за дверью чьи-то шаги, – Тебя услышат, скажи им, что мне нужна помощь!

Диана слышала, что за дверью кто-то ходит, там не часто слышались шаги. Только малочисленный персонал и охранники, делающие обход. Они несколько раз в день обходили дом и проходили мимо ее комнаты тоже. В этот раз, похоже, это был кто-то из охраны.

Перед ней была нелегкая делема: позвать на помощь Александру охранника и спасти его жалкую шкуру, – означало, продление мучений и подписание смертного приговора себе и Олегу. Промолчать и позволить хозяину погибнуть: немыслимое преступление, за которое рабыню следует побить камнями или сжечь на медленном огне.

– Помогите, – услышала она дрожащий и слабеющий голос Александра, – Кто-нибудь, помогите мне!

Через пару секунд его голос стих. Диана пыталась увидеть его, но он был уже вне зоны ее видимости. Она могла видеть только кровавый след, тянущейся от кровати и исчезающий где-то там, где лежал он, ее полноправный господин и хозяин, которому она должна служить и отдать свою жалкую жизнь, ради его удовольствия и спасения…

Но она не спешила ему помогать. Она могла бы позвать охрану, крикнув, что Александру нужна помощь и охранник среагировал бы, но она упорно молчала, надеясь, что хозяин больше не очнется и быстро умрет от потери крови.

Несколько минут в тишине показались ей вечностью. Знания анатомии человека, приобретенные в том ужасном месте, где ее “выращивали на продажу”, были достаточно скудны. Она умела оказывать первую помощь и знала, что если из головы идет кровь, то человек может умереть достаточно быстро, если не забинтовать вовремя. На этом ее познания заканчивались.

Шаги за дверью стихли и часть дома, принадлежащая только Александру, погрузилась в гробовое молчание.

На кровати зазвенел мобильник Александра, прорезая тишину веселой мелодией.

– Черт, мобильник! – пробубнил мужчина, очнувшись. Диана услышала какой-то шорох, и уже через несколько секунд увидела, как ее хозяин медленно пополз обратно к кровати.

Он был жалок и ничтожен. Его голое тело было перепачкано в крови и блевотине. Его постоянно тошнило и он страшно стонал каждый раз, когда у него начинался очередной приступ.

Приблизившись к кровати он попытался снова приподняться и ему это стало удаваться. Он с испуганным и бледным лицом схватился за столб и начал приподниматься, чтобы найти свой телефон.