Девственница для бандита

Знал ведь, что не на дружескую вечеринку идет. Так зачем нарывается? Пытаюсь понять, но не выходит.

– Смелости тебе конечно не занимать, как и глупости, впрочем, – Вадим снова обращается к Давиду. – Так чего ты хочешь от моей семьи?

– Могу объяснить, если поговорим наедине, – с усмешкой произносит Ериханов.

– Вот как? Ты правда считаешь, что я настолько идиот, что пойду с тобой куда скажешь? Моя охрана всегда рядом. Хотя, и так понятно что скажешь. Дочка моя тебе запала, да?

От слова «дочь», произнесенного мужчиной с которым я знакома меньше месяца, меня передергивает.

– Хорошо, пусть будет охрана, – кивает Давид. – Лилиана тоже должна присутствовать. То что скажу прежде всего ее касается.

– Ну что же, – соглашается вдруг Вадим. – Идём, дочка, послушаем что скажет этот нехороший человек. Может быть извинится за то как с тобой обошелся.

– Мне не нужны никакие извинения, пусть уходит, – произношу дрожащим голосом. Сейчас больше всего на свете переживаю за то что Давид пострадает. Мне плевать, пусть решит что я стерва и ненавижу его, главное чтобы ушел отсюда. Живым и здоровым. Потому что остро чувствую – ему здесь грозит опасность.

– Пожалуй, мне стоит извиниться перед тобой, – Давид обращается к отчиму. Мы ушли в дом, в кабинет Вадима. Втроем в комнате. Двое амбалов-телохранителей за дверью. Вадим видимо решил продемонстрировать свою смелость. Но я чувствую, что все очень серьезно. Это не дружеская беседа. Здесь замешана не только я, а много разных интересов. Подводные камни. Марков словно жаждет, чтобы Давид повел себя резко, что его поведение сойдет за провокацию. И тогда хозяин сможет сказать, что защищал свое жилище. Почему Глеб не приходит на помощь? Неужели так занят своей бабой, и праздником, что не заметил сгустившихся туч на горизонте?

– Я бы не пришел сюда именно сегодня, но завтра у меня самолет.

– Ясно, – кивает отчим. – Что же, говори, раз уж мы здесь.

– Ты прав, я хочу Лилиану. Она была со мной. Ты ее забрал.

Жар, охвативший меня с ног до головы от этих простых, коротких слов, почти невыносим. Уверена, моя температура сейчас выше сорока. Меня должна оскорбить эта грубая прямолинейность, но вместо этого я… теку. Между ног сладко тянет. Хочется броситься Давиду на шею, прижаться к нему всем телом. Я изнывала все это время без него, умирала медленно и мучительно от тоски… Как же стыдно. Ненавижу себя за такую реакцию, за слабость.

– Ничего себе заявление, – вкрадчиво говорит Вадим. – Лилиана здесь по своей воле. Она со своей семьей. Ты зря пришел сюда. И сам прекрасно это знаешь.

– Я не собираюсь никого принуждать. Если девушка захочет пойти со мной, то я забираю её. Если откажется, то я больше никогда не приду к вам. Не буду мешать.

Понимаю, что эти слова прежде всего для меня сказаны.