Девственница для идеального чудовища

Деньги у Женьки были, ей в свое время прилично накидал на счет Филипп. Но девушка почти не тратила их, перебиваясь новым заработком. Не потому, что считала их незаслуженными или гадкими. Наоборот они остались единственными свидетелями ее потерянной волшебной жизни. И отчего-то дарили ей чувство защищенности, которым прежде окутывал ее Фил.

Женя часто видела Филиппа во сне, нередко разговаривала с ним мысленно. Представляла, что рассказала бы ему про тот город, в котором была на гастролях с подтацовкой. Иногда планировала, как через несколько лет попросит у него прощения за неблагодарный побег.

Не сойти с ума помогала работа, и Женя еще терпимо влачила существование. Но вроде бы такой далекий конец первого месяца осени пришел внезапно. А с ним наступил финал летних гастролей их звезды. Дамочка заявила, что безумно устала и берет творческий отпуск. Коллектив решила распустить до лучших времен.

Приятельница пообещала, что будет иметь в виду Женю, если подвернется выгодное предложение о работе. А сама девушка вдруг поняла, как соскучилась по урокам танцев. Ей не хватало детей, которых она готовила к конкурсам и вступлению в хореографические коллективы. Взрослых, желающих стать пластичней. Неугомонных пожилых клиенток с базы Фила.

Женька решила поискать вакансии тренеров, а заодно и постоянное жилье в столице. Меж гастролями она останавливалась у девочек из команды, сейчас тоже жила у одной из них. Коллега пустила ее, пока одна из ее соседок по съемной квартире гостила у родни.

Впервые за несколько недель у Женьки появилось свободное время. И из мыслей почти перестал выходить Филипп. Она уже даже не плакала. Только порой смеялась над собой, вспоминая, как считала огромной любовью свои чувства к Славке. Она могла не видеть парня неделями, повздыхать минут пятнадцать над его снимком в интернете и снова беззаботно заниматься своими делами.

Тоска по Филу лежала на душе как тяжелый кусок колючей проволоки, готовый ранить при любом движении. Она смешивалась с нежностью к нему, с волнением за него и таким огромным желанием добра этому человеку, что если бы ей нужно было отдать за него самое дорогое в своей жизни, Женька бы не думала сомневаться.

Хотя кроме него, ничего ценного в ее действительности не было. Даже с мамой Алей она совсем потеряла связь. Женя скучала по женщине, но отчего-то никак не могла заставить себя позвонить.

И только когда уже не было повода оправдываться гастролями, а бессонные ночи в мыслях о Филиппе стали все чаще, Женя набрала номер преподавательницы со своего нового телефона.

— Женечка! Господи! Привет, солнышко, — мама Аля была ей и правда рада, — наконец ты позвонила! А то уехали со Славкой, от обоих весточек не дождешься. Он, правда, звонит хоть иногда, а ты совсем пропала.