Девственница для идеального чудовища

— А я не о любовях, — Зверь смотрел пристально, — уверен, что она сейчас не под кем-нибудь, пока ты подставляешь свой хребет?

У Фила сжались кулаки. Он должен быть первым и единственным у Женьки!

— Уверен, — процедил он, — да и не в этом суть. Она подставилась из-за меня, Егор. Тёма предал, а девочка всё взяла на себя. Если б не она, меня б уже закрыли. И как бизнесмена, и как гражданина. Я не представляю, что будет, если она сядет. Подорву всё там к чертям! Да лучше сдохнуть!

— Ну вообще да, — был вынужден признать Зверь, — не каждая бы так осмелела. Значит, делаем всё возможное?

— Да, — Фил помрачнел.

— Ничего, — заметил его реакцию Егор, — режим быстро охладит тебе голову и разозлит, а большего не нужно.

Филиппу хотелось верить.

— А что у тебя с Марусей? — вдруг вспомнил он.

— Не сошлись характерами.

Зверь засмеялся. Потом резко сделался серьезным.

— Вот только почему-то она мой характер не рассмотрела за девять лет отношений. А когда за плечами семь лет брака и дочь, решила вильнуть.

— Может, еще наладится? — спросил Фил.

— Она уже на третьем месяце от другого, — сообщил Зверь и тряхнул головой, — не важно. Сейчас главное разобраться, что будет с Аськой. Но это мои дела. А общие у нас с тобой совсем другие."

"Они еще выпили. Филипп признался, что ни с одной женщиной у него не было так, как с Женькой. Душой, в интиме, да во всем. Ему казалось, он вырвал свое сердце, передал в эти маленькие ручки, а она его бережно и нежно держала. Откуда в нем способность к таким метафорам, боксер позже так и не смог понять.

Зверь советовал делать всё, чтобы быть с Женькой. Когда бутылка еще опустела, поделился опытом, что жить в постоянных претензиях от супруги — хуже всего на свете.

— Шаг за шагом признаешь себя дерьмом, — хмуро ухмыльнулся он, — потому держись за девчонку, если она так к тебе относится.

А следующий день начался с взвешивания и замеров. Зверь только крякал, кружа вокруг Филиппа с измерительной лентой.

— Худеть надо… — бормотал он. — Или черт с ним?.. Хотя нет, все равно надо.

До обеда он дал Филиппу прийти в себя после вчерашнего, а уже потом, из своего офиса сбросил ему на мобильный его новое расписание. Времени и сил на эмоции у боксера точно не должно было остаться.

Тренировки сердечно-сосудистой системы, силовые. И постоянные на технику. Днем Филипп находился в особняке один, не считая тихой горничной, вечером к нему присоединялся Зверь. Тренер вставал с ним в спарринг, показывал изобретенные им фишки. Учил уворачиваться от ударов, чтобы сохранить здоровье для боя. Усиливать свой размах. Потом говорил, что результат никуда не годится, и они оба уходили спать.

* * *Если лето обернулось для Женьки одним взмахом ресниц, то сентябрь полз медленно словно большая мохнатая гусеница.