Девочки Тора (СИ)

Но вот, что я могу заявить тебе на сто процентов – если ты совсем ничего не будешь делать, то тогда точно проиграешь свою жизнь.

Максим Константинович снова начинает что-то печатать на ноуте, а я невольно возвращаюсь мыслями к его словам о собственном искуплении.

Он что-то страшное пережил… Может, это как-то связанно с той женщиной на фотографии у камина?

Несмотря на то, что мне жутко хочется кричать о своем бессилии, о том, что Торецкий не прав, что не всем помогают даже снятые побои, в глубине души я понимаю, что в какой-то мере он прав. Если ничего не делать, то точно не спасешься…

– Ксения завтра останется с частной няней, – Тор отпивает еще виски. – Пока вопрос с твоим мужем не будет решен, и вас официально не разведут, то лучше ей не посещать частные детские сады. Она будет заниматься дома.

– Вы думаете, что сможете добиться развода?

– Я не просто так плачу огромные деньги своему юристу. Он может добиться чего угодно. Даже лишения родительских прав.

Только от одной этой фразы мое сердце пропускает удар.

Лишение Свиридова родительских прав. О таком я и мечтать не могла.

В этом случае мы с Ксю будем окончательно свободны.

– А что если у Игоря на этом фоне окончательно снесет крышу?

– И такое возможно, – кивает Тор. – Поэтому заранее нужно будет продумать план вашей безопасности. Вплоть до того, что вам придется сменить место жительства.

– Я думала о переезде в другой город. И даже в страну, по возможности.

– Сначала нужно добиться развода. С ребенком, конечно, будет сложнее. Потребуется время, Аня. Возможно, не один месяц. И много жертв.

– Я готова, – киваю, тяжело сглотнув. – Всё, что угодно, лишь бы мы с дочкой были свободны.

– И что, мне не нужно идти в садик? А папа будет ругаться? А что скажут бабушка с дедушкой? Мама, ты нормально себя чувствуешь? А что ты готовишь?

– Ксю, прошу тебя, – лопатка, которой я мешала яичницу, падает у меня из рук.

Я поворачиваюсь к дочке, которая мигом замолкает.

Обычно я стараюсь отвечать на все ее вопросы, но сегодня с утра она вообще не замолкает, а мысли мешали мне спать чуть ли не всю ночь.

– Давай обо всём поговорим потом, хорошо? У меня пока у самой не всё в голове на место встало.

– Хорошо, – кивает дочка, после чего тянется к тарелке с булочками и фруктами. – А яичница готова?

– Почти, – я поднимаю с пола упавшую лопатку и споласкиваю под водой.

Сегодня меня ждет долгий день, да и в принципе все последующие дни, уверена, будут долгими.

Пока не разрешится вопрос с разводом – точно.

– Анна Михайловна, доброе утро, зачем же вы принялись готовить завтрак?! Это моя обязанность. Максим Константинович меня за это оштрафует, – на кухню залетает домработница и практически выхватывает у меня фартук и силой усаживает за стол.

Не знаю, зачем я принялась готовить завтрак.