Девочки Тора (СИ)

У меня был план — заработать больше денег, чтобы убежать к Ксенией, но теперь... если Игорь поставит условие "уволься, иначе не увидишь дочь", что я буду делать в этом случае?!

— А чего ты хочешь дальше, Аня? Это зависит от тебя.

— Игорь, я тебя не понимаю... Если я не устраиваю как жена, то... мы могли бы развестись и уладить вопрос с воспитанием дочери, — я делаю попытку воззвать к разуму.

Дурацкая попытка. И опасная.

Я никогда не говорила о разводе. Не позволяла себе.

И не зря, учитывая в какие щелки мигом превращаются глаза Игоря. Он в несколько мгновений спускается вниз по лестнице и оказывается прямо передо мной.

Мне становится страшно.

Руку мужа поднимается, непривычно мягко он касается пальцами моих запястий как раз в тех местах, где будут синяки.

— Прости, но... я отказываюсь жить без тебя.

— Ты не понимаешь? Если бы ты не была нужна мне как жена, я бы давно вышвырнул тебя, Аня. Давно. И не было бы никаких "уладить вопрос с воспитанием дочери", потому что ты бы просто потеряла право видеть дочь. Так что, единственный твой шанс оставаться мамой для Ксюши — это устраивать меня в качестве жены. Ты... поняла меня?

Теперь нежные касания к запястьям становятся грубее. Он давит, снова причиняя боль.

— Я уверен, что ты исправишься. Скажем, неделя? Семь дней побудешь без Ксюши и потом поговорим, на какое поведение ты готова, чтобы она снова вернулась домой.

Тяжело сглатываю и прикусываю губу, чувствуя, как на глазах выступают слезы из-за болезненного жжения в руках.

— Будь послушной девочкой. Я знаю. Ты умеешь. И больше не зли меня. Ни-ког-да.

Эти капли дождя, стекающие по стеклу, напоминают мне порезы, которыми исполосована моя жизнь вдоль и поперёк. Никогда ни о чём не просила бога так сильно, да и не уверена, что достаточно верила в него, но сейчас мне очень хочется попросить хоть о какой-то помощи, потому что без неё я не справлюсь. Когда ты не знаешь, куда деваться, в каком направлении идти и как не сделать очередную ошибку, то тебе невероятно хочется верить в то, что у тебя над головой не просто бескрайний космос, а что есть кто-то, кто наблюдает и может оказать поддержку, если ты от всей души будешь об этом молить.

Отвожу взгляд от окна, за которым вовсю льёт дождь, и перевожу на Торецкого. Все присутствующие на небольшом утреннем совещании в его кабинете тоже смотрят на меня в упор. Тут же ощущаю, как к щекам приливает волна жара.

— Эмм... Да, простите. Я слушала, разумеется.

Я не могла не выйти на работу. Несмотря на своё взвинченное состояние. И даже несмотря на осознание того элементарного факта, что Игорь весь этот кошмар затеял, чтобы окончательно привязать меня к себе, навсегда посадить дома, лишить работы и любых других социальных контактов. Он хочет, чтобы я уволилась. Это очевидно.