Заберу тебя, девочка

– Зависть, между прочим, плохое чувство, – наставительно говорит Грин, ухмыляясь как щенок, а Лекс, дотягиваясь, шутливо тычет его кулаком в плечо."

"И я вдруг, несмотря на весь свой страх, тихонько смеюсь. Возможно, от нервов, а возможно, от того, что они оба в этот момент выглядят скорее мальчишками, подкалывающими друг друга, чем грозными бандитами.

Честно говоря, я ничуть не сомневаюсь в том, что и Лекс, и Грин пользуются большим успехом у девушек. Смуглый черноволосый Грин, наверное, даже симпатичнее Лекса: у него правильные черты лица и красивые темно-серые глаза с длинными ресницами, но почему-то, когда рядом Лекс, у меня получается смотреть только на него. От него исходит такая энергия, такая сила и власть, что это пугает и притягивает одновременно. Как природная стихия.

– Так что, Ярослава, – Лекс снова смотрит на меня в упор. – Не передумала насчет еды? До вечера еще далеко, а голодные обмороки мне тут нахрен не уперлись.

Он прав. Мне надо поесть, чтобы были силы. Даже если придется это делать через «не могу».

– Передумала. Можете мне купить то же самое, что вы ели? – прошу я и тут же торопливо добавляю: – У меня есть деньги, я отдам вам, честное слово. И за воду тоже. Хотите на карту переведу?

Парни снова синхронно фыркают, как будто я сказала что-то реально смешное.

– Еда за счет заведения, не парься, мы не обеднеем, – ухмыляется Грин. – Я сгоняю, Лекс?

– Давай. Сигарет мне еще возьми.

– Ага.

Хлопает дверь машины, и мы снова остаемся с Лексом наедине.

И молчим.

– Как ты думаешь, – вдруг еле слышно спрашиваю я, сама ужасаясь своей смелости и заранее боясь последствий. Но не спросить я не могу, потому что этот вопрос мучает меня. – Только честно… Пашка сможет найти деньги до вечера?

Лекс хмурится, и мне кажется, что он ничего не скажет. Но потом, помолчав, все же неохотно отвечает:

– Скорее всего. Пол-ляма со счета он снял позавчера, проебать их вряд ли успел, значит, скорее всего сунул куда-то. Может, в долг дал под бешеный процент, может, с валютой что-то намутил. В целом откатить можно, если постараться.

Я выдыхаю. Это звучит, как шанс. Пашка постарается. Я очень на это надеюсь.

Но тут Лекс вдруг резко добавляет:

– Но мне поебать уже и на него, и на бабло, если честно. Ты стоишь больше, чем полмиллиона.

Я судорожно сглатываю. Мне не нравится, куда зашел наш разговор.

– Рыжий твой – мудозвон и ссыкло, – продолжает Лекс, тяжело глядя на меня. – Нахер тебе такой, девочка? Серьезно нравится ложиться под того, кто может тобой прикрыть свой зад? Кто ценит бабло больше, чем тебя, и за пол-ляма может отдать тебя двум мужикам, чтобы они тебя пустили по кругу?

Я молчу. Если Лекс думает, что у нас с Пашкой были прямо серьезные отношения – пусть. Не буду его переубеждать.