Девочка, ты попала

Я крайне редко ругаюсь, но в тот момент мне казалось, что готова выпалить все слова брани, которые когда-либо слышала. Однако стоило мне поднять голову и встретиться с кристально-голубыми глазами, словно безоблачное небо в самый жаркий летний день, как обо всем забыла. Говорите, что я наивная, глупая и просто маленькая девочка, раз влюбилась с первого взгляда, но на тот момент я и правда была влюблена. Парень рассеянно почесал затылок, его волосы были взъерошены, будто он не единожды запускал в них пальцы. Мое сердце пропустило один удар, другой, а затем забилось с такой скоростью, что показалось — сейчас умру от волнения.

— Давайте я вам помогу, — парень наклонился и стал, будто настоящий джентльмен собирать мои промокшие конспекты. Они размякли, и некоторые страницы просто выпадали из тетради, но мне было все равно. Я притаив дыхание безотрывно смотрела незнакомца и понимала, что это любовь с первого взгляда.

— Вот, кажется, их уже не восстановить.

Брюнет поднимается, я за ним, и он протягивает мне стопку мятых, грязных бумаг. Ветер попадает ему под молочного цвета футболку, а лучи солнца касаются чувственных губ. У парня идеальные черты лица, такие выточенные, словно над ним поработал художник. И взгляд у него такой добрый, открытый, притягательный. Я таких никогда не встречала, аж коленки трясутся от волнения.

— С вами все нормально? — как-то серьезно спрашивает он. — Может у вас шок? Могу я чем-нибудь помочь?

— Агата, — вдруг выдаю в ту же секунду свое имя, при этом краснею до кончиков волос. Он ведь даже не спрашивал, как меня зовут. Господи, Одинцова, откуда столько смелости? Этот красавчик всего лишь помог, а ты мысленно уже вышла за него замуж. Нельзя так.

— Агата значит, — он говорит мое имя так, словно называет одно из чудес света, с нескрываемым предвкушением. — А меня Артём зовут. Кажется, я уже не так сильно сожалею о своем поступке.

— Белов, ты скоро? Пацаны ждут! — из серой Рено Логан стоящей чуть дальше остановки, выглядывает рыжеволосый парень и с явным раздражением смотрит на Артема."

"— Езжай, я потом догоню, — не отрывая от меня взгляда, произносит Артем.

— Да ты издеваешься! Учти, мы начнем без тебя, — фыркнув, его друг уезжает, оставляя после себя след от шин на асфальте и жженый запах резины.

— Могу я проводить тебя? — интересуется новый знакомый.

— Д-да, то есть я жду автобус, — смущенно отвечаю ему.

— Тогда мы можем доехать на нем, и я все равно провожу тебя до дома, — с твердой уверенностью в голосе произносит Артем. — А насчет бумаг, я могу их высушить, хотя не уверен, что это поможет.

Опускаю взгляд на конспекты и впервые мне все равно, что с моими тетрадями. Привычка держать все в идеале и под строгим контролем уже не кажется такой важной.