Девочка сталкера

Также как и Демид, нацепил на глаза солнцезащитные очки, и теперь с легкой улыбкой на губах посматривает по сторонам.

В холле первого этажа я замечаю пару парней со светящимися глазами, но при нашем появлении они тут же испаряются. Я не успеваю их как следует рассмотреть.

А потом вижу Машу, весело болтающую с каким-то новым студентом, которого я раньше здесь не видела.

— Демид, я хочу подойти поздороваться с подругой, — говорю я и указываю на Машу.

Демид прослеживает за моим взглядом.

— С ней? — усмехается он, — извини, но мне кажется, ей сейчас не до тебя.

Я хмурюсь. И злюсь. Потому что, похоже, он прав. Маша едва смотрит в мою сторону, очень увлеченная разговором.

То есть, она заметила меня, но никак не дала понять, что узнала. Вот ведь. А вчера мы практически помирились.

Или ее так увлекает разговор, что она ни о чем другом думать не может?

Вот парень наклоняется к ней и что-то шепчет на ухо. Щеки подруги покрываются румянцем, она закатывает глаза и заливисто хохочет.

Что это за парень вообще и откуда он взялся? Сейчас, в свете последних событий, абсолютно все кажется мне подозрительным.

А вдруг это человек Демида? Подставят подругу точно так, как сделали с отцом. Если не похуже.

— А что, на лекции ты тоже пойдешь со мной? И в туалет? — спрашиваю я резко.

Присутствие Демида снова очень сильно начинает меня раздражать. Едва лишь вспоминаю о его методах ведения дел и о своей несвободе.

— Если понадобится, — отвечает он спокойно.

— Отстой.

— Тебе не идет так выражаться.

— Да? Надеюсь, по крайней мере, говорить-то я могу, что думаю? Или тоже нет?

— Можешь. Я просто сказал, что тебе не идет.

— Это уж мне решать, — ворчу я.

Мы останавливаемся у окна перед нужной мне аудиторией. До начала лекции около трех минут.

— Видишь вон тех парней, — спрашивает вдруг Демид и придвигается ко мне ближе.

Лейла в это время отводит Дину чуть в сторону и что-то тихо говорит ей. Макс продолжает слушать музыку.

Демид указывает на блондина и шатена, стоящих у самого входа.

— Ну, допустим, — киваю я.

— О чем они говорят?

— Понятия не имею и мне это совершенно неинтересно.

— А если поднапрячься?

— Говорю же, я не знаю. Если тебя это так интересует, подойди к ним и присоединись к их разговору. Уверена, они будут в восторге. Как и все здесь, особенно женская часть.

— Кроме тебя. Ну, так что? Попытайся хотя бы.

— Ладно, — закатываю глаза, если ты перестанешь касаться меня и уберешь, наконец, руку с моей талии. Это нервирует.

Демид отпускает меня, но не отходит. Продолжает стоять совсем близко, все также возвышаясь надо мной.

Я вздыхаю и начинаю прислушиваться."

"— Тот, что справа просит у того, что слева, у блондина, двадцать тысяч в долг, до понедельника. Тот раздумывает, как бы половчее отказать.