Девочка сталкера

— Ты опять напряглась, Ульяна, — замечает Демид.

Это правда.

Мои пальцы побелели от того усилия, с которым я снова сжимаю руль, а глаз начинает дергаться всякий раз, когда на встречной полосе появляется машина.

Хорошо, что, по крайней мере, отрезок пути, который он выбрал для моего обучения, не слишком оживленный.

Но все равно стремно.

Еще бы мне не быть напряженной.

— Если ты так нервничаешь, можем перенести занятие на другой день, — говорит он.

И что изменится, если он все равно останется сидеть рядом?

— Я доеду, — говорю я и тут же с новой силой вцепляюсь в руль, стараясь не слететь случайно в кювет.

— У тебя хорошо получается, — замечает через некоторое время Демид.

— Спасибо.

Только сколько нервов мне это стоит.

— Прибавь немного скорость, — просит Демид минут через десять, но я пропускаю его слова мимо ушей.

Ну уж нет.

Все же под самый конец поездки, когда на дороге ни одной машины, немного прибавляю. И скидываю снова перед воротами.

Когда я останавливаюсь и заглушаю двигатель, то просто не в себе от облегчения.

Мне хочется рассмеяться, потому что нас никто не остановил, и я никуда не врезалась.

— Отлично получилось, — комментирует Демид.

— Спасибо.

Я радуюсь, словно ребенок.

— Но я все равно хочу свой поцелуй.

— Обойдешься, — нагло заявляю я и снова чуть ли не улыбаюсь.

Хватаю рюкзак и хлопаю дверью.

— Договор есть договор, верно? А еще ты обещал научить меня Гласу.

— Может, тогда начнем прямо сейчас? Подойди ко мне, обними и поцелуй.

Что????

Но ноги уже несут меня к Демиду.

Говорить я, слава богу могу, он ведь не уточнял, что я должна идти к нему молча. И я взрываюсь в обвинениях.

— Нет, так не честно, Демид! Не честно!!!

Он пожимает плечами и тут же вкрадчиво добавляет:

— Сопротивляйся.

Я пытаюсь, очень даже пытаюсь. Но у меня не получается.

Сгорая от бесполезных усилий, обиды из-за чувства несправедливости и ненависти, я подхожу к Демиду вплотную.

Прижимаюсь к нему и обвиваю руками за крепкую шею. Мне так горько оттого, что я постаралась аккуратно вести машину и выиграла, но все равно вынуждена делать то, что не должна.

Обидно до слез.

— Как несправедливо, Ульяна, да? — подначивает Демид и мне так хочется врезать по его надменной физиономии.

Но вместо этого я тянусь к его губам, собираясь поцеловать.

От перенапряжения у меня все болит.

— Достаточно, — произносит Демид, едва наши губы соприкасаются.

Я тут же перестаю чувствовать давление на голову и руки. Отскакиваю от Демида, вытираю влажный лоб.

Оказывается, я так сильно сопротивлялась Гласу, что даже вспотела.

— Продолжим в доме, когда ты придешь в себя, — говорит Демид, разворачивается и первым идет ко входу.

Он уходит, а я чуть не сгибаюсь пополам, чтобы перевести дух. Голова кружится, руки и ноги трясутся.