Девочка Сокола

Кухонька маленькая. Если Артем войдет, тут развернуться негде будет. Нет желания оставаться с ним в тесном замкнутом пространстве. Лучше на свежем воздухе. В саду есть прогнившая скамейка, которая до сих пор влажная после вчерашнего дождя, поэтому я прихватила для себя пакет из супермаркета.

— Я тебя слушаю, — расстелив аккуратно пакет, уселась на лавочку.

На Артема не смотрела. Вокруг яблоки пахнут, ветер листья качает, закатное солнце скромно ласкает, но вместо умиротворения, которое вызывает картина, я напряжена и сжимаю руки перед собой, чтобы не дрожать. Эмоции через край хлещут.

— Прости.

«Да ладно?»

Опускается рядом прямо на влажное дерево. Трухлявая скамейка, местами покрытая мхом, жалобно трещит под тяжестью его веса. В первые секунды не верится, что это не слуховая галлюцинация. Сокол просит прощения.

— За что простить? — не потому, что я вредная, хотя не без этого. Но «прости» — всего лишь слово. Человек должен понимать, за что извиняется. Не просто уронить слово, отделавшись от того, кого обидел, а понять, раскаяться и больше так не поступать.

— За многое, Кира. И за те слова, что наговорил в день свадьбы, и за то, что оставлял дома одну, не думая о том, как ты себя чувствуешь в большом чужом доме, за то, что врывался к тебе без стука, за то, что ревновал и срывался на тебе, — с каждым словом сердце учащало бег. Облизала пересохшие губы. Он действительно сказал, что ревновал? — За ту сцену в душе… — продолжал Артем. — Я ведь напугал тебя. Увидел тебя голую и голову потерял. Ожившая мечта… столько раз я тебя представлял, — от его признаний во рту все пересохло. Щеку закусила, чтобы боль заставила мозги работать, а то поплыла. — Злость еще против меня сыграла, — продолжал между тем Артем. — Не смог развернуться и уйти. Вернешься, пальцем не трону. Твой урок усвоил, Кира. Больше не хочу через этот ад проходить. Поедешь со мной?..

* * *Кира

«Вы ли это, Артем Дмитриевич?» — не без сарказма. Где-то во всем этом должен быть подвох, но сколько я ни пыталась его высмотреть, не находила. Такой Соколов настораживал. Не знаешь, чего теперь от него ожидать. Тот мудак как-то привычней был. Я два дня готовилась к встрече, мысленно выстраивала линию поведения, а тут любезный чел, от которого первая реакция — бежать куда подальше. Но с другой стороны — у меня есть мама, которую не хочется расстраивать, и друзья, с которыми мы в одной связке, а я не из тех, кто подводит.

Если вламываться ко мне в комнату Сокол перестанет, то мы вполне мирно сможем сосуществовать.

— А новые двери с надежными замками мне поставят? — пока есть возможность, нужно торговаться.

— Уже все заменили, — ухмыльнувшись краешком губ.

— И в спальне?

— И в спальне замок установили, — теперь его ухмылка стала шире.