Девочка со свечкой

Меня не покидало предчувствие чего-то нехорошего. В желудке ворочался неприятный комок. Я, конечно, убеждала себя, что это реакция на предстоящее столкновение с Лидией Владимировной, Николаем Павловичем и кучей других, незнакомых мне людей, которые будут снисходительно называть меня «девочка», «деточка» и смотреть, как на человека второго сорта.

Подкрашиваю губы и еще раз осматриваю себя в зеркале. Давно я не выглядела так хорошо. Правду говорят: не бывает некрасивых женщин, есть только недофинансированные. Девушки в салоне смогли в четыре руки укротить мою буйную шевелюру, а потом я пересела в кресло к мастеру на маникюр. Распаковываю коробку с пальто. В магазине не оказалось моего размера: пришлось заказать доставку курьером. Застегиваю последнюю пуговицу. Все, кажется, я готова.

Марк уже ждет меня внизу. Пробегается по мне восхищенным взглядом и помогает сесть в машину. Федорцов отдал предпочтение черному костюму и белой рубашке. Новая стрижка, бархатный парфюм — ничего лишнего. Это тот случай, когда не вещи украшают человека, а человек — вещи. Я здороваюсь с Александром и пристегиваюсь.

Тревога нарастает, к ней добавляется тошнота и легкое головокружение. Марк ободряюще улыбается уголками губ, находит мою ладонь и сжимает ее. Нервно улыбаюсь в ответ и отворачиваюсь к окну.

До Комсомольской мы добираемся быстро, даже слишком. Я не успеваю взять волнение под контроль. Чем больше стараюсь, тем хуже получается.

Издалека я вижу огромное количество черных шаров, которыми украшен вход, и белые вазоны с золотыми цветами. Парковка заполнена спортивными автомобилями, Хаммерами, Мерсами. И это только те марки, которые мне знакомы. Недалеко от входа стоит красная Ламборгини. Выхожу из автомобиля и подхожу к ней поближе: хочу рассмотреть номера. Я не ошиблась — это машина Миры. Что она здесь забыла?

Марк подставляет мне локоть, и я благодарно вцепляюсь в него. Во рту — Сахара.

— Я рядом, — говорит он, и я киваю.

Когда мы заходим внутрь, я понимаю, что Марк позволил мне чудовищно нарушить дресс-код. Даже такому светскому дилетанту, как я, с порога становится понятно: оформление сегодняшнего вечера — тотал блэк. Все приглашенные гости вежливо придерживаются требуемой формы. Декор тоже выдержан в черно-золотых тонах. Я единственное яркое пятно в зале, не считая белых рубашек персонала. Даже картины — черные кляксы. А я во второй раз припираюсь в чужой монастырь со своими порядками.

— Ты почему мне не сказал? — тихо шиплю Марку.

Он понимает, что я имею в виду.

— Тебе понравился именно этот костюм. Ты не хотела надевать что-то другое. — Спокойно отвечает он.

— Переживут. Ты же понимаешь, что тебя будут обсуждать в любом случае. Неважно, в чем ты придешь.