Девочка со свечкой

Здесь идти-то два шага, но на улице так красиво и тихо, что хочется растянуть прогулку.

У моего подъезда стоит машина Федорцова. Сердце дергается в груди и ускоряет свой бег. Дверь со стороны водителя открывается, и Марк выходит наружу. Такой красивый, в сером пальто нараспашку. Радость от встречи быстро сменяет страх. Что мне теперь делать? Как вести себя с ним?

Он хмуро смотрит на нас.

У Антошки, в отличие от меня, нет проблем в общении с Марком: он срывается и несется к нему навстречу. Марк гладит его по голове, достает из машины букет белых тюльпанов и коробку конфет, которую вручает Антошке. Он от радости подпрыгивает на месте, потом видит в окно бабушку и несется к подъезду.

— Пока, Инга! — Кричит на бегу.

Я машу ему рукой и несмело подхожу к Федорцову. Он молча протягивает мне букет.

— Конфеты тоже были тебе, но, сама понимаешь…

Я прячу в бутонах улыбку. Увесистый букет, пахнет весной. Чувствую такое облегчение и тепло от присутствия Марка, и в тоже время горький привкус прошедших дней.

Сейчас передо мной тот холодный, немногословный, сердитый Марк Николаевич, которого я знала с подросткового возраста.

— Пригласишь? — Он поднимает глаза на мои окна.

Его вопрос звучит больше, как утверждение. Он не сомневается в том, что попадет в мою квартиру.

— Кофе только растворимый. — Вру я.

Мы поднимаемся по лестнице в давящем молчании. Он сверлит взглядом мою спину. Она вот-вот задымится. В квартире Федорцов снимает пальто и по-хозяйски определяет его на крючок. Осматривает коробки и чемоданы в прихожей.

Не дожидаясь приглашения, Марк проходит на кухню.

Я иду в ванную. Свою единственную вазу я разбила, да и не поместились бы в нее цветы: беру пластиковое ведро и определяю в него букет. Оставляю прямо на полу. Иду на кухню.

Марк стоит у окна, как в тот день, когда он приехал за мной. На плите уже греется чайник. На Федорцове простые черные брюки и водолазка, подчеркивающая фигуру. Он мрачно осматривает меня с головы до ног, потом садится за стол и кладет ногу на ногу.

— Ну, рассказывай, что это за подростковые выходки?

— Не валяй дурочку, Инга, тебе не идет. — Он постукивает пальцами по столу.

Я тоже сажусь за стол напротив него.

— Марк, я благодарна тебе за все… — Начинаю я, но он перебивает.

— Как ты думаешь, я чувствовал себя, когда вернулся с работы и не обнаружил ни тебя, ни твоих вещей. Ты даже записки не удосужилась оставить. Что я испытал в этот момент? Ответь мне.

— Что просто? — Он раздувает ноздри.

С него слетает напускная холодность, и он возвращается к себе прежнему.

— Ты дашь мне сказать или нет? — Злюсь я и после небольшой паузы продолжаю. — Как, скажи на милость, нам с тобой жить дальше? Аня виновата в смерти Насти. Ты осознаешь всю чудовищность ситуации, Марк? Как мы будем с этим жить.