Девочка прокурора. Запретное влечение

Врачи сказали, если всё пройдёт хорошо, то увидимся мы с Марком уже в палате, а не в реанимации. Это обнадёживает.

Но, тем не менее, всё равно не могу найти себе места. Всё утро меряю шагами пространство палаты, в которой обосновалась. То пальцы заламываю, то губы кусаю. То всё и сразу.

Ожидание мучительно. Оно съедает. Даже несмотря на то, что это ожидание – предвестник хорошего.

Пока я стаптывала подошву тапочек, дверь в палату открылась. Обернувшись на звук, увидела на пороге Антонину Павловну.

Она тоже каждый день приезжает. Тоже навещает сына, болея за него всей душой.

Сдержанно поздоровавшись друг с другом, на время сделали вид, будто не замечаем друг друга.

Это уже привычное взаимное поведение. Не супер, да. Но зато без скандалов и ругани.

Но в одном мы были одинаково похожи. Она, так же как и я, сейчас была на взводе. Нервничала. Я тоже.

Спустя минут тридцать Антонина Павловна вышла из палаты. Вернулась спустя минут двадцать. Не с пустыми руками.

Принесла поднос с двумя тарелками и кружкой чая. В одной омлет, в другой тосты с сыром. Узнала посуду. С больничной столовой, куда я изредка ходила есть.

Поставила полном на тумбу, сама села в кресло.

– Сядь поешь, пока Марка в палату не перевели и есть время. – грубо немного прозвучало.

– Не хочу пока. Спасибо.

– Хочу, не хочу. Нет слова «не хочу», есть слово «надо». Марк придёт в себя, а от тебя одни кожа да кости. Скажет, что это я тебя довела до истощения. – фыркнула, переведя взгляд к окну.

Не знаю, кажется ли мне, но она будто так заботу проявляет. Делает это весьма своеобразно и специфично.

Подругами мы не стали, нет. Не сблизились. У нас просто одна на двоих беда.

Но что-то всё же незримо поменялось за эти дни. Женщина больше не нападает. Да, груба и категорична. Но проклятиями не сыплет. Наверное, в нашем случае, это большой прогресс.

– Спасибо. – не стала отвечать колкостями, а приняла её… предложение? Совет? Наставление? Даже не знаю, с чем именно сравнить её интонацию.

Через силу, всё же впихнула в себя завтрак.

После того как поела, решила отнести поднос с грязной посудой в столовую.

Но пройдя только часть холла, резко застопорилась.

У стойки медсестры увидела… Евгению.

– А она-то тут что забыла? – произнесла вслух и плотно сжала губы.

У меня пожар по коже волнами разошёлся. Возмущение. Ревность. Агрессия.

Целый спектр эмоций, которые сложно отделить друг от друга.

Не отрывая взгляда от девушки, шла в сторону стойки. Попутно, приближаясь, вслушивалась в её разговор с медсестрой.

– Ну неужели так сложно сказать? Мы вместе работаем в прокуратуре. Я просто хочу навестить коллегу. – говорила Евгения, с нескрываемым раздражением.

– Извините, но не положено. Тем более, его ещё не перевели в палату.