Девочка для Генерала. Книга первая (СИ)

Значит, ему от неё что-то надо ещё.

Разговор.

Но какой?

— Спасибо.

Он отодвинул стул, она, не глядя на генерала, позволила себя усадить.

Мужчина не спешил отходить от неё. Задержался за спиной, а у неё возникло чувство, что ей сейчас накинут петлю на шею.

— Остался сок.

Катя хотела подорваться и принести. потому что она забыла, но на ее плечо властно опустилась рука.

— Сиди, Катя, — горячее дыхание коснулось её шеи. Значит, мужчина согнулся. Она в своих предположениях оказалась права, потому что ей прошептали прямо на ухо: — Ия же сказал, отмирай. Будем разговаривать.

* * *РУСЛАН

Не зря он её сравнивал со свежестью океана.

Только вошла в дверь, а его повело. Словно у себя в другом доме оказался, на балконе, и холодный бриз пришел с ночного океана.

Он ожидал чего-то подобного. И Руслану даже понравилось. Новая эмоция, давно забытая. Интерес, игра. Когда ты ждешь конкретную девушку Желаешь видеть только её. Никого другого.

Когда такое случалось с ним в последний раз? Лет двадцать назад, а то и больше.

Когда он уже попробовал женщин, разных, и сделал для себя первые выводы.

Когда ещё волновался перед встречей, потому что мог услышать: «нет» или «да пошёл ты». Хотя, стоит признать, оба ответа получал редко. Но волнение юношеское… было забавным.

И как это, волноваться, он тоже забыл. Давно научился держать эмоции под контролем. Даже с тренерами занимался. Учился считывать чужие мысли по жестам. Почему бы и нет?

Катя в очередной раз ему напомнила Воробушка. Очаровательного и маленького. В чистой и не им присланной одежде. В той, что была и в первый раз. Вот же засранка. Гордая? Гордость в пределах разумного — это очень хорошо.

А потом Генерала понесло. Один шаг, второй, третий. И вот он уже склоняет голову и целует ее. Под кожу медленно, почти нежно заползает возбуждение, ещё не похоть, когда рвет голову, и ему становится всё равно, кого трахать, лишь бы была плоть. Не зря он Ленку у себя держал, сбрасывал всё дурное, чтобы сразу же с порога ни сорвать с Кати старую одежду, и ни проделать с девушкой всё то, что рождалось в его порочной голове.

Мать вашу, а хотелось… Прижать её грудью к двери, к стеклу, чтобы видеть отражение возбуждения на её лице, как она закатывает глаза, как кусает губы от нетерпения. Почувствовать, как ерзает бедрами, подается вперед, навстречу ему.

Не утерпел.

Поцеловал.

Иначе сглупит и что-то натворит.

Её губы были мягкими. Нереально свежими. Будоражащими.

И абсолютно безучастными. Катя позволяла себя целовать, сама же не пошевелилась в ответ. Не возбудилась, не прильнула к нему. Генерал, ты там что-то говорил про закатывание глаз от страсти? Утрись-ка, давай. Девушка дрожит в твоих руках, но от напряжения. Даже, наверное, от страха."

"Руслан всё чувствовал, анализировал, понимал и не мог остановиться.