Девочка олигарха

Согласилась на поездку с условием, что потом оставлю ее в покое. Навсегда. Вот только я знаю, что не смогу.

Пытаюсь сосредоточиться на разговоре с партнером, встречи с которым так долго добивался. И не могу сосредоточиться, потому что слежу за Стасей глазами, потому что не могу вынести, что пропала из поля моего зрения. Сам оставил ее с подругой и сразу пожалел об этом.

Я сам выбрал для нее платье. Завороженный ее красотой ничего уже не соображал, когда были в торговом центре. А теперь зверею, что моя девочка привлекает внимание.

Хочется закутать в паранджу, чтобы ни один похотливый мудак не касался ее взглядом. От того что здесь появился тот, кто тоже предъявлял в прошлом права на мою девочку, до сих пор все клокочет внутри. Понимаю, что убью. Лично. Голыми руками.

Также понимаю, что это ненормально. Наваждение, зависимость, от которой надо избавляться. Только не сейчас. Позже. Сейчас не хочу думать об этом, только наслаждаться ее близостью. Ее красотой. В моей жизни никогда не случалось ничего подобного. Одержимость. Мания.

Особенно когда Ериханов наступает на пятки. Тоже жаждет ее. Я вижу похоть в его глазах и мне хочется броситься на него, разорвать голыми руками. И не только его. Любого, кто слишком пристально посмотрит на мою девочку.

Когда увидел рядом со Стасей Ериханова, все заволокло черным густым маревом бешеной злобы. Я уже понял, что рано или поздно нам придется сцепиться в схватке за нее. Но не здесь. Слишком серьезные люди на яхте. Не стоит перед ними демонстрировать свою уязвимость."

"С трудом сохраняю контроль. У меня будет время для встречи с Ерихановым. Обязательно. Сила не в том, чтобы сорваться и набить морду сопернику. Контроль все еще много значит для меня, хоть и на пределе силы воли его сохраняю.

Стася дрожит, ей явно некомфортно, она напугана. Не хочу давить на нее. Уже понял, что главная ценность для нее — это свобода. Кому как не мне понимать, ведь именно я загнал ее в рамки, посадил в клетку, пусть и золотую. Думая о том, сколько всего ей пришлось пережить по моей вине — сатанею. Такое невозможно простить. Нужно быть полным дебилом чтобы надеяться на то, что после всего она сможет полюбить чудовище.

И все равно не даю подохнуть надежде.

Еще и чертова Ника под ногами путается, бормочет о том как рада видеть меня, как истосковалась. С трудом терплю ее, сейчас с ней говорить бесполезно, она явно перебрала шампанского. Слишком много гостей, шум бесит, раздражает. Хочу как можно скорее покинуть это место, но меня снова зовет Орехов. Сейчас крайне невыгодно отказывать ему.

Поэтому, стиснув зубы, снова отпускаю Стасю. Не следую за ней в дамскую комнату.

— Расслабься, ты глаз со своей красавицы не сводишь. Чуть не подрался с моим главным партнером, — недовольно произносит Глеб Орехов.