Девочка общего пользования

Мужики они такие, возьмут свое и вытрут об тебя ноги, а репутацию потом не восстановишь. Будь умнее.

В ее словах было рациональное зерно. Тем более, что своего первого парня, лишившего меня вчера девственности, получается – я потеряла, так как ничего не знала о нем, кроме имени. И сбежал он на утро. Это было обидно. Но с другой стороны, то что произошло ночью – это было потрясающе и у меня до сих пор подкашивались колени от воспоминания того, как он ласкал меня своим языком. Но затем я уснула в маршрутке, благополучно проехав нужную мне остановку.

В итоге решила ехать домой и как следует выспаться. Образ парня и того момента проникновения, не выходил из головы. Когда я все-таки добиралась до дома, мне удалось переключиться ненадолго. Мысли о том, что я уже не девочка, ушли в глубину подсознания.

Вот так я лишилась девственности и это был мой первый шаг на пути к новой жизни. Ведь теперь все будет по-другому и я больше не смогу жить так, как раньше. А вот как именно жить дальше – я не имела ни малейшего представления.

А следующие несколько дней я проплакала, как последняя дура. Сказка закончилось и очарование прошедшей ночью тоже. Я стала женщиной. По-настоящему, и от этого уже никуда не деться. Я плакала, потому что мне было стыдно.

Стыдно перед родителями, стыдно перед своими знакомыми и подругами по университету, стыдно перед самой собой. Я просто никчемная и никому не нужная шлюшка. Раздвинула ноги перед первым встречным. Я чувствовала себя конченной дрянью и тварью. Мне было стыдно смотреть в глаза окружающим.

Мне казалось, что они смотрят на меня осуждающе. Что они все знают и, как только я отвернусь, судачат обо мне. Это было невыносимо и очень болезненно.

Плакала я в тайне, когда моей соседки не было дома. Но однажды я так увлеклась, что совсем забыла о ее приходе и Наташа застала меня всю в слезах, с помятым лицом и полностью в невменяемом состоянии.

– Что произошло? – кинулась она ко мне. – Тебя кто-то обидел?

Наташа гладила меня по спине, а я не могла остановиться. Наконец, когда мой поток слез иссяк, я могла хоть немного разговаривать.

– Все хорошо, – прошептала я и уткнулась в подушку. – Мне не хотелось изливать перед ней душу, тем более, что она хоть и частично, но виновата в этой ситуации.

– Э нет, подруга. Так не пойдет, – не оставила меня Наташа в покое. – Ты давай, колись, что у тебя случилось и рассказывай все, как есть иначе мы не сможем решить твои проблемы.

Почему-то эти ее слова на меня повлияли и мое настроение изменилось и мне захотелось хоть с кем-то поделиться своими переживаниями. То ли гормоны разыгрались, то ли было что-то в ее интонации, но я начала рассказывать. И рассказала все в мельчайших подробностях."

"– И все? – ее глаза округлились от удивления.