Девочка на лето

В баре есть целая стена, предназначенная исключительно для игры в дартс. По сути, это огромная деревянная доска, испещренная таким количеством вмятин, дыр и проколов, что становится ясно – в нее было брошено множество дротиков нетрезвыми руками. Парень, на которого я указываю, прицеливается. Он сжимает свой дротик, наморщив лоб от напряжения, когда его друг подходит к нему бочком и нарушает его концентрацию. Парень поворачивает голову и что-то рявкает. Друг, застигнутый врасплох, поднимает обе руки и отступает, будто только что столкнулся со львом, борющимся за свою территорию.

– Ты что, издеваешься надо мной? – поражается Тейт. – Мистер Злючка?

– Он не был зол, когда я впервые заметила его, – протестую я.

– Ну, теперь он зол, и это тревожный сигнал. Это гребаный дартс. Никто так не вкладывается в дартс.

Он прав. Я не могу встречаться с кем-то, кто настолько увлечен игрой, что чуть не откусил приятелю голову за то, что тот ему помешал. Или это слишком придирчиво?

– Я опять слишком придирчива? – спрашиваю я в смятении.

– Нет. То есть да. Ненависть к дартсу – это придирка. Но я также знаю парней, склонных к соперничеству и хвастовству. С ними вообще не весело. – Он пожимает плечами. – И они, как правило, эгоистичны в постели.

– Серьезно? У тебя что, был секс с чересчур агрессивными мужчинами?

– Нет, но я дружу со многими девушками. Они вечно треплются.

– Не могу поверить, что ты только что употребил это выражение.

– Почему? Это не противозаконно.

Я тычу его локтем в бок.

– Может, это тебе нужна помощь в соблазнении, если ты употребляешь такой жаргон в общении с дамами.

– Поверь, у меня все просто отлично.

Я в этом не сомневаюсь.

Дальше мы просто сидим, наблюдая за людьми и шутя. Несмотря на его заверения, что «У Джо» собирается разнообразная публика, для меня здесь не так много перспектив. В основном пьяные туристы или семейные пары. Тейт уходит, чтобы взять нам еще по кружке пива, а я пользуюсь возможностью проверить свой телефон. Сообщения Пейтон в ее обычном однострочном репертуаре.

Ее что, убьет, если она напишет все одним абзацем? Я с трудом пытаюсь отыскать лучик надежды в раздражающем стиле Пейтон.

Одновременно с ее сообщениями мне приходит ответ от моего бывшего сводного брата по поводу иллюстраций к книге.

Да! Детской книге быть. Я мысленно вскидываю кулак вверх, празднуя победу. Сестры будут любить меня вечно.

Прежде чем я успеваю ответить Роббу, на стол падает тень. Я смотрю вверх… и снова вверх… и еще выше. Потому что подошедший парень в буквальном смысле гигант. В нем, должно быть, шесть футов шесть дюймов, а может, и больше.

Его губы трогает неуверенная улыбка. Лицо сладкое до невозможности.

– Привет, – говорит он. – Такая красавица не должна сидеть совсем одна.