Девочка на лето

– Они по-прежнему бегло говорят по-французски? – с любопытством спрашивает она.

– Ага. Свободно владеют французским и английским языками. – Моя мачеха – гаитянка и выросла, говоря по-французски, поэтому была непреклонна в том, чтобы ее дети знали ее родной язык. Забавно наблюдать, как Роксана и Мони́к разговаривают по-французски. Иногда Рокси говорит по-французски, а Мо отвечает по-английски, или наоборот, что приводит к веселым односторонним разговорам. Я правда обожаю своих сестер. Жаль, что не могу проводить с ними больше времени.

Бабушка, кажется, замедляет шаг, поэтому я подстраиваюсь под ее походку.

– Ты в порядке? – спрашиваю я.

– Жарковато, – признается она. Она снимает шарф с шеи и бледной рукой обмахивает обнаженную плоть. Солнце продолжает палить. На бабуле широкополая шляпа, но я без головного убора, несмотря на наш визит в шляпный магазин.

– Давай просто сходим в магазин настольных игр, а потом домой, – предлагаю я.

Мы приближаемся к магазину смузи, когда в витрине появляется предательница. Джой стучит в окно и машет мне рукой. Она поднимает палец, давая понять, что придет через секунду.

– О, там Джой, – говорю я бабуле.

Я беру ее за руку и отхожу от тротуара, чтобы пропустить группу пешеходов. Поток людей просто нескончаемый, Авалон-Бэй на пике своей туристической привлекательности. Семьи, пары и группы шумных подростков уже заполонили улицы и пляж, а поскольку в конце набережной только что стартовал карнавал, в ближайшие недели здесь будет еще больше народу. Я очень скучала по этому месту.

Джой выходит из магазина, посасывая коктейль через соломинку. На ней белое мини-платье, подчеркивающее ее смуглую кожу, а также босоножки на танкетке и огромные солнцезащитные очки. Gucci, ее любимый дизайнер.

– Я так рада, что наткнулась на тебя, – щебечет она, ее карие глаза счастливо сияют. – Я буквально только что собиралась написать сообщение и узнать, не хочешь ли ты пойти куда-нибудь сегодня вечером.

Я насмешливо смотрю на нее.

– Зачем? Чтобы ты снова могла меня кинуть?

Она покаянно стонет.

– Ах, знаю, я так сожалею о вчерашнем.

– Что, черт возьми, это было? Ты выкручиваешь мне руки, заставляя пойти на вечеринку к какому-то незнакомому парню, а потом даже не появляешься? – ворчу я.

– Мне жаль, – снова говорит она, но теперь ее тон более беззаботный, от ее сожаления не осталось и следа. Джой всегда была взбалмошной, она не тратит время на пресмыкательство. Как только она извиняется за какой-то грех, сразу же забывает о нем с молниеносной скоростью. – Я вышла из клуба и собиралась домой, переодеться для вечеринки, как и написала, но потом заехала на подъездную дорожку и обнаружила, что Исайя ждет меня на пороге.