Девочка-мечта

А потому уже через полчаса мы весело топили баню, жарили шашлыки, купались в бассейне и пели песни до утра. И только здесь я смог по-настоящему выдохнуть и поверить в то, что я смогу пережить все то дерьмо, что мне готовит будущее. Вот только никто не отменял допрос с пристрастием. Громов и Аверин уложили своих дам спать и вернулись к нам в беседку, а потом втроем, дружно на меня насели. Ну и я как бы особо и не сопротивлялся.

– Толмацкая вернулась из-за бугра, – выдохнул я обреченно, – папаша ее ко мне замом пристроил.

И после этих слов я ждал чего угодно, но только не следующих восторженных воплей Ветрова:

– Ну и зашибись же! Натяни ее как следует, дружище, а потом пинка под зад пропиши. И сразу легче на душе станет, Стасичка, отвечаю! – и этот придурок даже в ладоши захлопал, очевидно восхищаясь своей гениальностью.

– Ром, если там чувства, то это дерьмовый совет, – подал голос Ян.

– Какие на хер чувства? Пять лет прошло, – возмутился Ветров, и я тут же кивнул ему.

– Увольняйся, – задумчиво потянул Демид, и я хапнул стопку без закуски.

– Не могу, – прохрипел я, – там контракт скользкий.

– Ты ее до сих пор хочешь? – спросил Аверин.

– Если только придушить, – хмыкнул и мы все синхронно заржали.

– А если серьезно? – вновь переспросил Ян.

– Слушайте, пацаны, она красивая, спору нет, но я смотрю на нее и внутри один негатив. Ну, как объяснить? Это как змея, да? Вся такая «вау», завораживает, но ты знаешь, что она смертельно ядовитая, – попытался я коряво объяснить.

– Меня эта философия не спасла, – хмыкнул Аверин, и я пожал плечами.

– Сам, что думаешь? – протянул всем очередную стопку Громов.

– Игнор, – подбил я итог.

– Я согласен, – рассмеялся Ветров, – игнор – это отличный план. Бабы на него, как пчелы на мед летят. Что там? Даже Пушкин об этом писал – чем меньше женщину мы любим…

– Рома, заткнись, – взмолился Аверин.

– Просто, пацаны, – вздохнул я, – трахнуть – это плевое дело. Ради мести? Тогда надо самому признаться, что я не перегорел к ней, а это не так. Да и…давайте по-чесноку, ночью все кошки серы.

– Да! – заорал Рома.

– Не все! – синхронно завопили Громов и Аверин. А потом мы дружно заржали и погрузились в пьянку.

Так и решили, что мне надо тупо держать хвост пистолетом. Косо, криво, главное, чтобы живо!

В Москву вернулись только в понедельник утренним рейсом. Я, ожидаемо, опоздал на работу, вот только мне впервые в жизни было по барабану на это обстоятельство. Как результат – в офисную высотку я зашел слегка помятый и небритый. Ну, а как? Времени хватило только нацепить свежую рубашку и костюм.

Летучку пропустил. А потому был выдернут лично на ковер к Толмацкому. Прошел в кабинет, улыбнулся, приземлился, приготовился внимать.