Девочка-мечта

Мозги! Были бы у меня эти самые пресловутые мозги, давно бы зажал ее в лифте или еще каком-нибудь укромном уголке и набросился с поцелуями. Уже бы давно были вместе. А так? Столько времени потерял, еще и Рябова теперь эта прицепилась как репейник. М-да…

Встал с кровати, упал-отжался пятьдесят раз и полетел в душ. После приоделся как порядочный и поехал сдаваться в свой будущий Альма-матер. И знаете, вот я, сидя перед всеми этими умными дядями и тетями, вообще не волновался. Говорил четко, мысли излагал без заминок, прямо будто бы реально мозги у меня есть.

Короче, отлично все у меня прошло. А после собеседования за мной приехал до боли знакомый черный автомобиль и отвез к Сан Дмитричу в офис. Докопаться решил, видимо. Ну, заодно, наверное, показать место, где я буду в поте лица трудиться на благо своего спонсора. Шикарно, конечно. Штаб-квартира «Голд-Корпа» занимала три этажа башни «Империя» в Москва-Сити. Кабинет же самого Толмацкого располагался на пятидесятом этаже откуда открывался умереть-не-встать какой вид на панораму города.

И вот где было настоящее собеседование. И руки у меня тряслись под столом как у запойного забулдыги. Честно! Не вру.

Ибо, а как? Я ж в рот его дочки язык вчера запихнул. И не один раз. И еще планирую пихать дальше. И не только язык. Господи, прости! Ну вот куда меня несет?

А он еще смотрит на меня так въедливо, будто что-то знает. Или у меня уже просто паранойя? Черт его разбери, но страшно было – жуть!

– Ты чего такой красный, Стас? Жарко тебе что ли? – насупился Сан Дмитрич.

– Жарковато, – согласно кивнул, а про себя добавил «вчера было».

– Оно и видно, издергался весь, – покачал головой и кивнул мне за спину, – вон, поди, водички попей, легче станет.

«Не станет. Однозначно», – подумал я, а сам выдал нейтральное.

– Да нормально все, – и передернул плечами.

– Ну, как знаешь, – и опять замолотил про наше с ним совместное будущее, про то, как важно, что я буду учиться и сразу проходить практику в его компании, где, по итогу, и понесу свою повинность, компенсируя доброму дяде все в меня вложения.

Но я его почти не слушал, потому как думал совсем о другом.

Не прибьёт ли он меня часом к чертовой бабушке, когда узнает, что я его дочь себе прихапал? Тогда его потери будут, увы, невосполнимы. Ага…

Короче, суть да дело, но мурыжил он меня долго. Я уже и на часы красноречиво стал поглядывать, а он такой и говорит:

А я ему возьми, да ляпни:

– С кем? – а я от этого вопроса аж затроил, знаете ли.

– Ну так с девчонкой, – развел я руками.

– А-а, а я уж было подумал…

– Чё? – округлил я глаза, а Сан Дмитрич вдруг откинул голову и неожиданно громко рассмеялся. Ну так, прямо от души.

– Иди уже отсюда, Гордеев. С тобой сегодня каши не сваришь. Сидишь как смурной, ручки-ножки трясутся.