Девочка Красная Тапочка

– Не самое удачное имя для эстрады, – отметила я, – там Тань, Танюш, Танечек много.

– Наша аудитория оборжется и над фамилией Бубликова, – неожиданно рассердилась Энн, – поэтому на афише указано Буба! Билеты очень плохо продавались, вообще никак. За две недели только три штуки взяли. Вчера управляющий написал: «Если половину столиков не займут, отменю концерт». Ну и я поздно вечером от безнадеги изменила афишу, написала: «Единственное выступление певицы “Гнилое жало лягушки”». Твой вариант использовала.

Я потрясла головой. «Лампа, ты такое придумала»? Ну и ну! Похоже, на меня, размахивая дубиной, напало вдохновение, стукнуло девушку с дипломом консерватории по затылку, и та скреативила про жабенку. Ох, зря Ленка попросила меня о помощи, я провалила задание.

– И что получилось? – продолжала Энн.

Я втянула голову в плечи. Сейчас мне заявят: «Тебя вытурили с позором на улицу».

– Все места улетели за час, – взвизгнула продюсер, – а народ все валит, злится, что билетов нет. Управляющий в спешке новые столы притаскивает. Извини, что плохо о тебе подумала. Мы теперь работаем вместе. Это первый концерт Танюхи. Можешь придумать, как ей себя вести, чтобы из толпы выделиться? И журналюг заинтересовать?

– М-м-м, – пробормотала я, до предела удивленная тем, что услышала.

– Пожалуйста, дорогая, – взмолилась продюсер, – для меня этот проект очень, очень, очень важен. Если получится вызвать у публики интерес, прибавлю тебе зарплату.

– Жадность – лучший двигатель моей умственной деятельности, – ответила я, – хорошо, попробую.

Глава восьмая

Утром мне позвонила Катя:

– Знаешь, как у Ленки дела? Она пока трубку не берет! Яковлева в медцентре Галкина. Наверное, сейчас там обход, поэтому у ее телефона звук выключен. Ты к ней сегодня поедешь? Или работаешь? У меня выходной, да отдыхать некогда. Надо рулить к Егору, изучить, что у него в холодильнике есть, и обед сделать.

– Думаешь, он обрадуется? Куркин терпеть не может посторонних, – напомнила я.

– Никогда бы не полезла к мужику, не нужен он мне, – воскликнула Катя, – уж могла бы найти себе в долгожданный свободный денек более приятное занятие. Да Ленка попросила супруга обиходить.

– Ты с ней разговаривала? – удивилась я. – Вроде сказала, что не дозвонилась.

– О Егоре мы беседовали в тот день, когда Яковлевой диагноз сообщили, – объяснила Захарова, – Ленка в истерике свалилась, плакала: «Положат меня в клинику, что с Гошиком будет тогда? Кто его накормит? Квартиру уберет? Постирает вещи? Погладит? Мне, наверное, не разрешат днем домой уезжать, чтобы хозяйством заниматься»: Яковлевой нервничать нельзя, сразу состояние ухудшается. Ну и я пообещала, что на время ее отсутствия встану у руля ее домашнего корабля.