Девочка, которая пила лунный свет

– В прошлом году ты не присутствовал на церемонии. Тебя не было рядом с остальными старейшинами. Кажется, у тебя загноилась рана на ноге. Я не ошибаюсь?

Антейн уперся взглядом в пол.

– Да, дядя. И еще у меня началась лихорадка.

– А на следующий день все прошло?

– Хвала Топи, – без особого восторга откликнулся Антейн. – Это было чудо.

– А еще за год до того, – произнес Герланд, – с тобой приключилось воспаление легких, так, кажется?

Антейн кивнул. Он знал, к чему клонит дядя.

– А до того что было? Пожар в сарае? Я правильно запомнил? Хорошо, что никто не пострадал. А ты был на месте, очень удачно. И сам тушил пожар.

– Все остальные ушли на церемонию Жертвы, – сказал Антейн. – Никто не отлынивал. Вот я и остался один.

– Ну разумеется. – Прищурившись, Герланд смерил Антейна взглядом. – Послушай, юноша, кого ты хочешь обмануть?

В комнате воцарилась тишина.

Антейн вспомнил маленькие черные кудряшки, падавшие на круглые черные глаза. Вспомнил крики девочки, когда ее оставили в лесу. Вспомнил стук дверей Башни, закрывшихся за спиной безумицы. Он вздрогнул.

– Дядя… – начал Антейн, но Герланд взмахом руки велел ему замолчать.

– Ну вот что, племянник. Я не хотел брать тебя на эту должность. Но взял, и не потому, что сестра измучила меня своим нытьем, а в память о твоем отце, которого я любил и люблю, да будет ему земля пухом. Перед смертью он хотел обеспечить твое будущее, и я не мог ему отказать. Твое присутствие, – тут морщины на лице Герланда слегка смягчились, – утешило мою собственную скорбь. Я благодарен тебе за это. Ты хороший человек, Антейн. Твой отец гордился бы тобой.

Антейн слегка расслабился. Но лишь на мгновение. Широкий взмах плаща, и глава Совета старейшин встал на ноги.

– Но, – произнес он, и голос его странно прозвучал в этой небольшой комнате, – даже моя привязанность к тебе не бесконечна.

Голос его надломился. Глаза расширились, словно от боли. Кажется, они блестели от слез. «Неужели дядя так за меня боится? – подумал Антейн. – Нет, конечно же нет».

– Послушай меня, – говорил дядя. – Больше так продолжаться не может. Старейшины ропщут. Они… – Он осекся. Слова комом стали у него в горле. Щеки вспыхнули. – Они недовольны. До сих пор мое покровительство служило тебе защитой. Но оно не продлится вечно.

«От кого меня защищать?» – подумал Антейн, глядя дяде в лицо. Лицо было искажено от боли.

Глава Совета старейшин закрыл глаза и выровнял дыхание. Жестом он велел мальчику встать. На лицо Герланда вернулось привычное царственное выражение.

– Идем, племянник. Тебе пора возвращаться в школу. После полудня, как обычно, придешь сюда. Надеюсь, сегодня ты хотя бы одному человеку сумеешь внушить страх и почтение. Это успокоит других старейшин, ведь они уже волнуются.