Девочка. Книга третья

— Ну он сам попросил… — попытался оправдаться Мерфи — Да и держался достойно, даже когда в штопор вошли.

Из чего я поняла, что Философ, в очередной раз чувствуя непреодолимую тягу к небу, напросился на полет.

— Молодец… — кивнул Лойд, и я с ним была полностью согласна — Мэттью был достоин уважения, не оставив свою мечту о полёте, и боролся со своими страхами самым радикальным способом.

— Ну помандражировал малёха, так с кем не бывает, — поддержал Мерфи. — Ребят после первого кровяного допинга и не так пронимает.

— Что такое кровяной допинг? — мое любопытство взяло вверх.

— По вене пускаешь свою же кровь, только консервированную, — внезапно заговорил Сандерс и, видя немой вопрос в моих глазах, продолжил: — Она ускоряет доставку кислорода к мышцам, тем самым увеличивает их производительность и повышает выносливость.

Я кивнула, понимая, что, вероятно, спецназовцы иногда прибегают к таким видам стимуляции на некоторых заданиях из разряда ""Умри, но сделай"".

— И как кровь консервируется? — продолжила я расспросы.

— Хранится в холодильнике.

— Это не опасно?

— Подобные методы можно применять только физически подготовленным людям, — ответил Барретт.

— Ну среди них тоже есть ид… — и Эврика, посмотрев на меня, перефразировал, — недалекие. Вспомни Фила из пятого.

— Да уж… — щелкнул языком Мерфи. — Его тогда еле откачали. Митчеллу респект. Толковый док.

— Что произошло? — насторожилась я.

— Сглупил. Ввел несвежую кровь. Пошел криз отторжения, — коротко пояснил Сандерс."

"— Хорошо, мотор у него крепкий, — кивнул Мерфи, — ребята-парамедики рассказывали, на него весь госпиталь ходил смотреть — сердце сто шестдесят выстукивало трое суток.

Я, понимая, что такое гипертония, нахмурилась, а Мерфи, посмотрев на меня, и, вероятно, видя мою сосредоточенность, улыбнулся и добавил:

— Но вы не беспокойтесь, на самом деле все не так страшно, и Фил жив-здоров.

Я кивнула и, чтобы показать, что я совсем не боюсь подобных историй и вообще не из тех кисейных барышень, которые падают в обморок при упоминании о крови, пошутила:

— Я бы после такого происшествия Фила Ван Хельсингом назвала. Кровь у него испорченная, вампиры должны его бояться.

Мужчины одобрительно кивнули, и Эврика добавил:

— Говорю же, сообразительная.

— Ну его друг и окрестил Блейдом, — усмехнулся Мерфи, — прижилось.

— Ты знаешь, что Эндрю в прошлом году получил Пурпурное Сердце, как и у тебя, — внезапно сказал Эврика.

— Мы с Сандерсом его поздравили, — кивнул Барретт, а до меня внезапно дошел смысл сказанного, и я непроизвольно выпалила:

— Я не знала, что у Ричарда есть военная награда…

— Что значит награда? — оскорбился Мерфи. — У него их много. Дважды удостоен…

— А не заткнуться ли тебе, — жестко прервал его Барретт.