Девочка из прошлого

— Я и доношенных не видел, госпожа Рут, разве что на фото или в кино. Так что продолжайте. Девочка выжила, дальше? — смотрю на неё, а перед глазами крошечный ребёнок в кювезе. Как котенок. Как котенок...

Сука, что ж меня так торкнуло?

— При всех исходных, которые мы имели, я считаю, что роды можно даже назвать благополучными. Хотя никто не знает, какие последствия могли быть в будущем. Но по крайней мере...

— Она из-за этого оставила ребенка? — перебиваю. — Из-за будущих последствий?

Докторша Рут жует губу, затем смотрит, наклонив голову.

— Знаете, Демид, для меня настоящее откровение то, что мать отказалась от ребенка. Когда ночуют под дверью реанимации, как правило потом от детей не отказываются.

— Что вы имеете в виду?

— Мать этой девочки жила в больнице. Она ни на шаг не отходила от детской реанимации, ей даже еду туда приносили. Ночевала или на стуле, или на подоконнике. Начальница сначала ругалась, потом махнула рукой. И после такого бросить своего ребенка? Ни за что не поверю!

— То есть, вы хотите сказать, — медленно поднимаю глаза на Рут, — что этого ребенка у неё отняли?

Глава 23

Арина

Я не могу пробиться к Феликсу.

Мне улыбаются, кивают, выражают готовность помочь.

И дальше никак. Только настойчиво рекомендуют возвращаться домой, на Бали.

Когда я однажды попробовала вломиться в бывший особняк Винченцо, меня остановили силой.

— У сеньора Ди Стефано траур. Он сам с вами свяжется, госпожа Покровская, — сказали охранники на входе.

Телефон его часто вне зоны, а когда Феликс ненадолго появляется в сети, на сообщения не отвечает. Хотя все прочитывает.

Помимо того, что я не верю, будто он сам согласился стать новым доном, мне прилетает очень интересное предложение от одного из четырех капореджиме — Сальваторе Моретти."

"Он попросил продать ему мою часть нашего с Феликсом совместного предприятия. Просил очень вежливо и учтиво, но боги, что это может означать? А этот засранец не желает выходить на связь.

Зато приходит запрос на покупку акций от незнакомого господина по имени Хорхе Моралес*. И что это вообще происходит?

При этом нас с Катей продолжают охранять, из чего я могу сделать вывод, что все прежние договоренности соблюдаются, как и обещал Винченцо.

Наконец мое терпение лопается.

В воскресенье отправляюсь на мессу. Я в местной церкви была только дважды — когда крестили Катю и когда отпевали Винченцо. Но старый дон любил изображать доброго католика и регулярно посещал воскресные службы.

После он по традиции выслушивал первых трех просителей и оказывал им посильную помощь. Судя по всему, новоявленный босс решил продолжать в том же духе.

Прихожу раньше всех и становлюсь так, чтобы Феликс стопроцентно меня заметил.