Девочка из прошлого

По его словам я барахталась с достоинством, поэтому решение относительно меня сеньор Ди Стефано принял без раздумий.

Невольно думаю над тем, как бы вставал с этого дивана Демид. Под его весом подушки наверняка просели бы вполовину. Но отгоняю мысль и снова возвращаюсь к Винченцо.

Не могу сказать, что мы подружились. Этот мрачный неулыбчивый и неприветливый мужчина последний человек на планете, которого бы я мечтала видеть своим другом.

Но он отец моего друга.

А ещё он крестный моей дочери. Настоящий крестный. Он лично держал мою дочь на руках, когда ее крестили в Палатинской капелле, собственной часовне сицилийских королей.

Поэтому я по своему привязана к Винченцо. И я полностью ему доверяю.

Это Винченцо предложил мне стать опекуном моей же дочери. Я тогда выдержала против Феликса настоящий бой.

— Это полное безумие, Арина! — бушевал он. — Ты не должна соглашаться.

— Почему? — я знала, что не изменю решения. Как раз мне все виделось абсолютно логичным.

— Потому что это неправильно прятать ребенка от отца. И недальновидно!

— Ты всерьез считаешь, что я стала бы все это делать только из-за Демида? — я подошла к Феликсу и встала рядом. — Он не ищет меня, Фел. Я на виду. И если бы он хотел, он бы давно узнал о Кате.

— Тогда зачем тебе все это нужно? Мой отец в состоянии обеспечить вам качественную охрану, вот и дави на него.

— Нет, Феликс, этого недостаточно.

— Но почему?

— Мой отец захотел отнять у тебя остров, Демид это осуществил. Ты захотел отомстить и мне, и Ольшанскому.

— И? — нетерпеливо мотнул головой Феликс. — Что это объясняет?

— А то, что ты только один из, понимаешь? Что, если завтра объявится ещё кто-то, кому в свое время они причинили вред? Я боюсь, Феликс. Боюсь, что Кате придется отвечать и за отца, и за деда, — я развернулась всем телом к озадаченному мужчине и закончила: — Я хочу отрезать все связи Кати не только с Ольшанским, Фел. А и с Покровскими тоже.

— Глебу всего лишь следовало быть разборчивее с бабами, — проворчал Феликс. — Это твоя несостоявшаяся мачеха сдала его Маркелову. Если бы Ринат не узнал, что Глеб его наёбывает, он не слил бы его даже несмотря на личную просьбу моего отца.

— Значит папа о ней говорил на видео? — спросила я. Феликс кивнул. — Я догадалась. Позже. Но это уже не имело никакого значения.

В итоге из записей роддома исчезли все упоминания обо мне и моем пребывании в роддоме. Зато появилась запись о некой Марии Суятми, которая родила девочку и исчезла, написав отказ.

Я оформила опекунство, и за всё это время мне не встретился ни один человек, спросивший, почему я оформила опеку над девочкой, которая носит фамилию Ди Стефано. Винченцо сначала стал ее крестным, а документы на опеку оформили следующей датой.