Девочка из прошлого

— Разреши мне поговорить с Моретти.

— Нет, — отрезает он, — мы заберем у него девочку, я тебе обещаю. Он ничего ей не сделает, не посмеет. Только ты не лезь.

Феликс отворачивается, чтобы отдать по телефону распоряжения. Мысленно прошу у него прощения, хватаю полено, лежащее у камина, и, на сколько хватает сил, опускаю его на голову Феликса.

Глава 32

Арина

Господи, надеюсь, я его не убила?

Наклоняюсь над другом, трогаю за плечо.

— Фел! Фел, ты живой?

Тот глухо стонет и что-то бессвязно бормочет. Похоже, матерится, но мне некогда вслушиваться. Счет идет на секунды.

Бросаюсь к шкафчику, достаю резную шкатулку. Они лежат здесь все четыре, я тогда сразу отдала их Феликсу.

Очень острые, очень крепкие и тонкие.

«По числу моих капореджиме...»

Те трое мне ничего не сделали, значит все будут твои, Сальваторе.

Винченцо говорил, их можно спрятать в одежде или в прическе.

Осторожно, чтобы не порезаться, продеваю один стилет в собранные на затылке волосы. Смотрю в зеркало — хорошо. Не привлекает внимания.

Второй продеваю в пряжку пояса.

На третий и четвертый нанизываю ткань платья по внутренним швам.

Я не знаю, как пойдет наша беседа, как поведет себя Моретти. Но использую малейший шанс пустить стилеты в ход.

Быстро выхожу из кабинета, навстречу идет охранник Феликса.

— Отвезите меня, Бруно, — окликаю парня, и он послушно идет за мной.

Иногда очень удобно числиться невестой дона.

Охранник отправляется за машиной, а я спускаюсь по ступенькам. Снаружи раздается шум двигателя, хлопает дверца. Открываются ворота, и в них входит Демид.

Застываю каменной статуей, глядя, как он идет по дорожке к дому. Очень высокий и широкоплечий. Такой же, каким я его впервые увидела.

Увидела и влюбилась.

Я и сейчас его люблю. Разве можно его не любить? Такого....

Он пока меня не видит, и я любуюсь. Размашистым шагом, тяжелым подбородком, сведенными на переносице бровями, хищно изогнутыми губами.

Ты не получишь их, Моретти. Ни мою дочь, ни моего Демида."

"Они все ждут, чтобы я выбрала, даже Феликс. И Аверин, и мама. Для всех вокруг мой выбор очевиден — все знают, как я люблю своего ребенка.

Но никто не знает, как я люблю Демида, только я сама. А разве можно выбирать между двумя половинками сердца?

Демид меня замечает и замедляет шаг.

— Арина? — он явно не ожидал меня здесь увидеть. — Что ты здесь делаешь?

— Я уже уезжаю, — иду навстречу. — Здравствуй, Дем.

— Привет, — он настораживается, быстро окидывает взглядом пространство вокруг нас. Не доверяет... — Аверин здесь?

— Уехал. Сказал ему звонить.

— А Феликс где? У себя?

— Да. Там, — показываю рукой на светящиеся окна кабинета.

Демид задумчиво провожает взглядом мою руку, и я смелею. Подхожу совсем близко. Кладу ему руку на щеку, глажу жесткую щетину.