Хорошая девочка (СИ)

— Как спровоцировал? Договаривай, раз уж начал.

— Педиком его назвал.

— Дава ногти накрасил, — закатывает глаза Леська. — А этому ж только повод дай наехать на соперника. — Сжимает пальцы, изображая в воздухе невидимые кавычки.

Ах вот оно что!

— Коль, сбегай за Лурье, ага? Верни сюда, — хмурится Таир, сосредоточив взгляд на Никите. — Что херню сморозил, осознаешь?

— Да, — стыдливо отводит глаза.

— Извиниться готов?

— Готов.

Голос парня звучит твердо. Хорошо, если он и впрямь все осознал. Мне здесь не нужны конфликты. Потому что в следующий раз… в следующий раз, если честно, я не уверен, что смогу занять нейтральную сторону.

— Звали? — заглядывает в зал Давид.

— Да. Ник… — Таир ведет подбородком, указывая на Лурье. Голунов оборачивается. Распрямляет плечи и делает шаг навстречу Даве.

— Я хотел извиниться. Глупость сказал.

Напряженно вглядываюсь в лицо пацана. Как-то я уже привык к тому, что он ведет себя с невероятным достоинством. И, может, поэтому мои ожидания в отношении него настолько завышены, но…

— Ничего. Бывает, — пожимает плечами Дава и без всякого заносчивого дерьма, которого я так боялся, протягивает Голунову ладонь. Ну, ведь какой молодец, а! Да Саре надо медаль дать за его воспитание. Не скрывая своего облегчения, протягиваю: «ф-у-у-ух». Балашов усмехается. Похлопывает меня по плечу и кивает на дверь:

— Пойдем. Похоже, мы уже не нужны.

Но я не спешу уходить. Возвращаюсь взглядом к Таиру, который замечает ворчливо:

— Ну, наконец-то мы со всем разобрались. Начнем тренировку. Сегодня у нас по плану бег. Пятнадцать километров.

— Ну, не-е-ет, — стонут в голос детишки.

— Почему накосячили Голунов с Лурье, а отдуваются все? — замечает, очевидно, самый смелый. Ну, или дурной.

— Никонов, сто отжиманий, — закатывает глаза Таир. — Волгин, ответь, почему?

— Потому что мы команда.

— Вот именно. Все запомнили?

— Таир лютует, — смеется Дэм. — Так ты идешь?

— Да я обещал пацанам поучаствовать в тренировке, — чешу в затылке.

— Пойдем-пойдем. Сегодня они наказаны. Обойдутся без трени с кумиром.

Морщусь. Если честно, мне ужасно неприятно, что это выглядит так. Тренировка с кумиром — это ведь что-то несерьезное. А я на каждой выкладываюсь на все сто. И так радуюсь, когда у пацанов начинает получаться! Оказывается, для меня не все потеряно. Я уж и не думал, что когда-нибудь смогу испытать эмоциональный подъем такой силы. Ведь собственные победы остались в далеком прошлом, а все мои самые сильные эмоции были связанны именно с ними.

— Глянешь? Тут пришли последние анализы ребят. По некоторым есть вопросы. Надо скорректировать тренировки.

— Да, без проблем. И знаешь, Дэм… Давно хотел тебя поблагодарить.

— За что?

— За то, что тащил на себе эту махину, пока я метался.