Девочка Грешника

— Ну что, Ветер, а эта девочка тебе как?

— Конфета, — облизнулся я.

— Ага, — потянул Север, — но у этой конфеты еще и начинка интересная.

— В смысле? — прищурился я.

— Запомнил, как ее зовут?

— Нет, — честно выдал я, а потом добавил, смеясь, — главное, что буфера у нее зачетные, а там сгодится любое имя: киса, зая, муся, пуся…

— Точняк, — заржал Северов, — но я тебе все же напомню. Ее зовут София, а фамилия Мединская.

— И че? — недоуменно спросил я, все еще не отрывая глаз от взмывающей вверх девчонки.

— И то, мой милый друг, что это не ее настоящее имя. Да, зовут ее София, но фамилия у девчонки — Шахова.

Шахова…

И блаженная улыбка тут же сошла с моего лица.

— Сестра? — спросил я и скрипнул зубами.

— Младшая, — кивнул Северов.

— Жила-была девочка, — потянул я и, мстительно ухмыляясь, добавил, — сама виновата.

— Э-э, Ветер, я тут что подумал. С твоими данными история получится слишком пресная и скучная. Давай усложним задачу? — похрустел костяшками пальцев Северов, потому что точно так же, как и я, ненавидел Данила Шахова.

— Предлагай.

— Ты простой парень. За душой ни гроша. Убитая тачка, зачуханская съемная однушка. Прикинь, как газанет Шах, когда узнает, что даже при таких вводных его недалекая и слабая на передок сеструха тебе дала? Три свидания тебе хватит?

— Шутишь? Мне хватит и двух, — поиграл я бровями.

— Ля! Я аж молодость вспомнил, — рассмеялся Север.

— Мужики — вечные дети, — пожал я плечами, а потом встал и тут же двинул за кулисы.

Именно туда, где только что скрылась София Шахова. Свернул к женским раздевалкам и замер в ожидании своей жертвы, а спустя всего несколько мгновений она оказалась в моих руках, стремительно вывернув из-за поворота.

И я тут же прильнул к ее губам. Чуть прикусил их, а потом сразу окунулся в ее жар.

М-м-м, сладкая…

Резкий толчок и возмущенный взгляд голубых глаз.

— Ты кто такой? И что это сейчас было?

— Я — Рома. И только что наши губы занимались любовью.

Глава 2. Вляпалась

POV Соня— Отец тебя выдерет, Соня, когда все узнает! — фыркнула Марьяна и покачала своей ярко-рыжей головой.

— Не «когда», а «если», — подняла я указательный палец вверх.

— А Даня еще добавит сверху. По первое число!

— Маня, не нервируй меня. Никто ничего не узнает. Отцу сейчас не до меня, он с моей матерью разводится, делит честно нажитое, чтобы ей лишней копейки не досталось. А брат сосредоточен на работе настолько, что даже не в курсе, где я сейчас, в Москве или в Питере, — пожала я плечами и развела руки, давая понять, что совершенно не волнуюсь насчет возможного разоблачения.