Девочка для Генерала. Книга первая (СИ)

Как ни странно, но вкусно приготовленная еда пробудила в ней аппетит. Или это стресс давал о себе знать? Возникла потребность заесть отчаяние и страх, душащий изнутри. Именно еда, не вино, расслабили её.

Немного. К вину она приложилась ещё два раза, не выпив и четвертую часть от налитого.

— Не пьешь?

— Не люблю. Спасибо.

Она даже его поблагодарила. Интересно, за что?

Смотреть на генерала не смотрела. Не могла. Посмотрит, увидит жесткое выражение на его лице, безразличный холод в глазах и снова скатится в истерику.

Коваль — не Потапов. С Потапова, возможно, за неё и спросили бы, а вот после Коваля… Нет.

— Поела?

— Да.

Перед глазами мелькали его руки… С такими же темными волосками, как и на груди. И тоже со сбитыми костяшками. Причем, кровь была свежей, до конца не запеклась даже.

— Тогда иди ко мне.

Всё.

Час икс.

Катя всё же подорвалась. Не выдержала.

— Я девственница.

Выпалила, непонятно на что рассчитывая.

— Это должно меня остановить? Я в курсе. Лишь по этой причине ты ещё не оттрахана.

Господи…

Да что он за человек?

Что они здесь вообще за люди?

Она, кажется, повторяется.

Катя всё же посмотрела на него.

Зря.

Её окатило штормовой волной. Как такое возможно? Сидит напротив мужчина, да, его внешность нетипичная, слишком фактурная, да ещё он полуобнажен. Но откуда осознание, что он намного выше тебя? И дело не в росте. Что он где-то на недосягаемом уровне, а ты… Ты только для его утех.

Катя поднялась. На дне его серых глаз она разглядела бездну. Ту самую, которую трогать, теребить, тревожить нельзя. Иначе откат затронет именно её, и от Кати не останется ничего. В прямом смысле.

Значит, знает… Даже смешно. Катя берегла себя, не ложилась под парней, не хотела. Её воспитывали правильно: оберегали, следили, чтобы она не гуляла допоздна, говорили, что она встретит ТОГО, единственного. С которым проживет долгую и счастливую жизнь. Катя верила. А почему бы и нет? Каждый человек создан для счастья. Для любви.

Не для насилия.

Сейчас же ей попользуются. В тюремной камере. На полу или у стены. Или где-то ещё.

Где ему приспичит.

Катя обошла стоп.

Подошла.

Коваль тем временем поменял позу. Сел боком, расставил ноги чуть шире.

ЕЙ, наверное, надо встать между них?

Она ничего не знала.

Лишь кровь стучала в висках.

— Присядь на корточки.

Нет-нет-нет…

Её же не минет сейчас заставят делать?

* * *Присела.

Не могла не присесть.

— Не бейте меня, — Катя выдохнула, озвучила единственную просьбу, на которую могла в данной ситуации получить положительный ответ.

— Почему решила, что буду бить?

— Не знаю… — это уже сказала совсем тихо."

"Она смотрела на его живот. Упругий, натренированный. Без единой складки. Ещё одно подтверждение, что мужчина, в чьей власти она оказалась, может её скрутить, не напрягаясь.