Девочка для Черного

Так и выходит. Добираюсь до медблока. Захожу в подсобку. Беру таблетки, сразу же вскрываю упаковку. Глотаю горькую пилюлю.

Становится легче. Практически сразу. Затылок до сих пор ноет, но боль явно отступает. А ведь еще пару секунд назад я была готова взвыть. Глаза пекло, и казалось, у меня поднимается температура.

Забираю открытую пачку таблеток. Знаю, боль может снова вернуться. Обычно такие приступы быстро не проходят.

Берусь за ручку, толкаю дверь вперед.

Все, обратно еще быстрее дойду…

Черный.

Этот гад оказывается на пороге. Криво ухмыляется, окидывая меня взглядом с головы до ног.

Сердце обрывается.

Я забываю и про головную боль, и про все свои планы. Рефлекторно отшатываюсь назад, отхожу подальше."

"Черный захлопывает дверь с грохотом. Надвигается на меня. Даже закричать не успеваю, издаю приглушенный вопль, потому что этот подонок сразу же закрывает мой рот ладонью, зажимает, толкая к стеллажу с лекарствами.

Вниз летят упаковки. Разбиваются какие-то склянки.

– Рано кричишь, – хрипло бросает Черный, с шумом втягивает воздух и криво ухмыляется: – Я еще ничего не сделал.

13

Очень хочу завопить, но он настолько крепко зажимает мой рот, что вырывается только приглушенный звук. Стон ужаса и отчаяния.

– Реально верила, что это конец? – издевательски спрашивает Черный и глазами меня пожирает. – Нет, это только начало.

Застываю от его жуткого напора. Холод сковывает мое тело. Массивная ладонь забирается под мою кофту, свободно скользит по заледеневшей коже.

Этот подонок упивается своим превосходством. Движения у него резкие. Порывистые. Жадные. Но именно эти прикосновения и помогают сбросить оцепенение.

Я дергаюсь. Судорожно вырываюсь из железного захвата. Отчаянно сопротивляюсь, но ничего не получается.

Черный держит так крепко, что начинаю задыхаться. От страха. От паники. Его глаза горят, а губы кривятся в ухмылке. Взгляд мерзавца четко показывает, что теперь он точно не остановится. Все решил. Больше никаких шансов не даст.

Нервная дрожь пробегает по моему телу как электрический ток.

– Вот, – усмехается Черный и хрипло продолжает: – Разогрелась. Тебе самой уже по кайфу. Скоро еще просить будешь.

Он смотрит прямо в мои глаза.

Ладонь, зажимающая мой рот, чуть перемещается. Большой палец проходится по скуле, медленно поглаживает. Странная ласка. Пугающая. Особенно в тот момент, когда другая рука подонка грубо раздирает мою вязаную кофту.

Слышится треск. Материя больно впивается в кожу. Бряцает молния, которую буквально выдирают с мясом.

И на контрасте с этими жесткими движениями пальцы мерзавца мягко ласкают мои щеки.

Нет. Нет! Все внутри протестует. Но Черному явно плевать на отказ. Он вообще не понимает, как это бывает.

Я дожидаюсь, пока его ладонь еще немного смещается вниз.