Девочка Дьявола. Без иллюзий. Книга четвертая

Тигр, чувствуя мою задумчивость, запрыгнул на колени и внимательно посмотрел на меня янтарными глазами.

— Со мной все будет хорошо, — улыбнулась я и, поглаживая его по бронзовой шубке, бросила взгляд на упакованную и готовую к переезду сумку.

Рядом на покрывале были разбросаны вещи, которые я примеряла перед встречей с Барреттом, тут же, на постели, лежал и мой несессер, который я в спешке вытащила в поиске подходящего наряда.

Опустив Тигра на пол, я подошла к кровати и, открыв несессер, вытащила своего счастливого Будду. Я поставила его рядом и, вновь запустив руку в свою “шкатулку”, извлекла оттуда жемчужный браслет, а следом и свою вышивку, где на канве яркими голубыми буквами виднелось имя “Лилит Ева Харт”.

Рассматривая свои недавно нажитые ценности, я вспоминала людей, мне их подаривших.

И вот, казалось бы, разрозненные кусочки мозаики сейчас, словно в калейдоскопе, вставали на свое место, вырисовывая для меня общую картину.

Я перебирала жемчужины в руках, словно четки, и в голове возникал образ Нари и наш с ней разговор:

— Ты большая молодец.

— Почему? — удивилась она.

— Ты рискнула и теперь с любимым человеком."

"— Рискнула. Ведь я его люблю, — серьезно произнесла она. — Даже если бы у меня не получилось, и я знала об этом, все равно бы попыталась. Моя мама мне всегда говорила, что нужно бороться за свое счастье. Лучше принять неверное решение, чем не принимать никакого решения вообще.

Правда, Дуглас это не жесткий циничный Барретт, и в счастливый хэппи-энд в виде обручального кольца я не верила, но сейчас я рассматривала другой аспект — момент выбора.

Я отложила жемчужные четки и взяла в руки счастливого Будду Хотэя. В голове возник образ Лата и наша с ним встреча:

— Надеюсь, мой крестик помогал все это время… — с надеждой в голосе произнесла я.

— Я хочу в это верить, — серьезным тоном ответил он.

“Что ж, Лат, спасибо за веру в меня и в мою любовь”, — тихо произнесла я и, положив статуэтку на постель, потянулась к канве.

“Лилит Ева Харт”, — прочитала я и задумалась, вспоминая, разговор с Авророй.

— Лилит, кажется, была первой женой Адама по некоторым источникам… — поддержала разговор Аврора.

— Какое только значение не вкладывают в это имя, — махнула я рукой. — И дьяволица, и жена Сатаны, и мать тьмы, и убийца младенцев, и дух ночи, соблазняющий мужчин, — тихо рассмеялась я…

Если Лат верил в мою чистоту Евы, верил в мою безусловную любовь, которая защищала Барретта, то я, рассматривая сейчас свое имя “Лилит”, ощущая его подушечками пальцев, чувствовала в себе и темную сторону предназначенности Дьяволу.